Не хотелось представлять, что произойдет в том случае, если Лесников всё-таки проникнет в дом Ивана, и Милка с Маринкой попадут в его руки. Но жуткие кадры из прошлого возвращались и тревожили сознание.
Достал из кармана уже здорово потрёпанную бабочку, вырезанную детской рукой, и в груди всё заныло от тупой боли.
— Собираемся в темпе. Движемся к дому.
С улицы донеслись чьи-то вопли, и оглушающий взрыв тряхнул землю. Шатёр снесло в считанные секунды, а Иван поднял голову вверх, взглянул на грозовое небо, зажимая в руке бабочку.
Пули со свистом пролетели мимо, а солдат, стоявший рядом, свалился на землю замертво.
* * *Чашка выпала из руки и рассыпалась по полу осколками. Я пошатнулась, уперлась руками в стол.
— Что? — Галя схватила меня за локоть, помогла присесть на стул. — Что такое, девочка? А? Голова кружится? Ах ты ж, бедная… Забеременела, что ли? Ох, рановато вы… Как же ты такая худенькая выносишь?
Я подняла на неё непонимающий взгляд. Задумалась. Почему-то, и правда, не помню, когда в последний раз были месячные.
По ощущениям давно. И ещё ощущение это поганое… Будто что-то случилось. Что-то, чего даже представлять не хочу. Стало вдруг дико страшно. До одури. Даже ладони вспотели.
— Что-то с Иваном, Галь… Я чувствую. С ним что-то случилось.
— Что ты такое говоришь? Ну-ка, выпей воды, — подала мне стакан. Я сделала пару глотков, головокружение прошло, но накатило вдруг ужасное ощущение безысходности. — Тебе отдохнуть надо. Пойдём, приляжешь. А я пока врача позову, пусть тебя осмотрит.
— Нет, врача не надо… Я в порядке.
Маринка с умным видом потрогала мой лоб, подняла глаза на Галю.
— Мама заболела?
— Нет, бельчонок, всё нормально. Перенервничала просто.
— Это из-за папы, да? Я скучаю… — кроха нахмурилась, поджала губы.
— Да, я тоже, — приобняла её, чмокнула в лоб. Малышка вдруг улыбнулась, хитрые глазки загорелись идеей. Я слишком хорошо знаю этот взгляд. — Так, и что ты задумала?
Маринка залезла на диван, принялась размахивать ножками в розовых сандаликах. В груди всколыхнулась такая знакомая нежность.
Как я могла жить без них? Без этих людей? Как?
— Давай позвоним папе и скажем ему, что ты заболела? Нет, мы обе заболели!
Галя не удержалась, засмеялась. Вот уж кто с удовольствием поддерживает любую прихоть мелочи.
— Нет, Мариш. Мы не будем звонить папе и врать ему тоже не будем. Нельзя его сейчас отвлекать и заставлять нервничать.
Девочка надула губы, скрестила на груди маленькие ручки. Я закрыла глаза, чтобы скрыть слёзы.
