Бекет отпустил её, приоткрыл дверь.
— Тогда идём спать.
— Спать? — сузила глаза, взирая на него с недоверием.
— Именно. Спать. Отдыхать. Не бойся, между нами Маринка.
Милана осторожно обошла его и быстро юркнула в комнату. Иван прошёл к раковине, открыл холодную воду. Плеснув в лицо, выдохнул с закрытыми глазами, мысленно застонал. Нелегко с ней будет. С этой маленькой, упрямой заразой. Но как заводит. Он уже и забыл, каково это, чувствовать, как в крови начинает закипать огонь. Проснулся охотничий инстинкт, и теперь Бекет не сможет успокоиться, пока не заполучит неприступную Милку в свою постель.
* * *— Прривет, — открыв глаза, увидела перед собой ухмыляющуюся мордашку. До опупения милую и такую жизнерадостную, что самой захотелось смеяться.
— Привет, бельчонок, — потрепала мелочь за щеку, а та отодвинулась в сторону, и моему взору предстал Иван Андреевич.
Таааак! Мне мало было его ночью, так теперь дяденька Бекет ещё и по утрам меня преследует?
— Доброе утро, — усмехнулся одними глазами, мазнул взглядом по моему лицу и ниже, к груди.
Ха, Иван Андреевич! Ещё ночью я надела наглухо закрытую пижаму. Заколебетесь сканировать своим рентгеном.
— Здрасьте, — буркнула, поднимаясь с кровати и увлекая за собой Маринку. — Умываться пойдём?
— А мы с папой уже умылись и почистили зубы, вот, ыыыы, — малышка продемонстрировала мне белые молочные зубки, а я поджала губы, отчего-то испытывая ревность. Захотелось по-детски обидеться и убежать, хлопнув дверью. Глупо, знаю.
Иван Андреевич Маринкин отец, и она имеет полное право чистить с ним зубы. Но я за эти пару дней так прикипела к крохе, что даже слышать не хотела о других, с кем она будет умываться. Да и вообще, это меня она мамой называет. Ну так, если что…
— Ладно. Тогда я одна пойду, — опустила кроху на постель и, не глядя на валяющегося на кровати Бекета (опять полуголого, кстати говоря), пошла в ванную.
Надев модные рваные джинсы и простую футболку с длинным рукавом и принтом смешного кота, спустилась к завтраку, где за большим столом уже собрались все два члена немногочисленной семейки.
Маринка с удовольствием уплетала кашу, а Бекет, потягивал кофе, бесстыдно меня рассматривая.
— Эта одежда не подойдёт, — заявил с серьёзным видом, на что я вопросительно вздёрнула брови. Уж не намекал ли он на наряд нянечки из магазина для взрослых?
— А что не так с моей одеждой?
Он многозначительно посмотрел на Маринку, и маленькая лиса кивнула:
— Папа прав.
