Не забыв запереть дверь, прислонилась спиной к кафелю, закрыла глаза. Надо бы прекращать так реагировать на него. Подумаешь, член увидела. Что ж теперь, до припадка себя довести?
— Успокойся, дура, — зло зашипела, шлёпнула себя ладонью по лбу и, оттолкнувшись от стены, бросилась к раковине.
Умыться и забыть. Выкинуть все глупости из головы и не думать. Плевать на всё. И на мощный торс Бекета, и на его мощные запястья, и на то, что пониже — тоже, в принципе, не слабенькое такое…
Плеснув водой в лицо, немного пришла в себя.
Низ живота неприятно тянуло от неудовлетворённого желания, но и удовлетворять его больше никакого настроения не было. Я и так опозорилась… Щёки снова вспыхнули от воспоминаний. Нет, мне определённо нужно показаться доктору. Такие психологические травмы не проходят бесследно. Ещё немного и при каждом взгляде на Ивана Андреевича меня будет триггерить."
"— Всё нормально, — натянуто улыбнулась своему отражению в зеркале, поправила растрепавшиеся волосы. — Это пройдёт. Не может же меня его член вечно преследовать, — нервно хохотнула.
— Всё, Милка. Сейчас ты успокоишься, расслабишься и пойдёшь досыпать.
Промокнув капли влаги на щеках полотенцем, клацнула защёлкой на двери и с разбегу врезалась в грудь Бекета.
— Успокоилась? Милка…
Да твою ж налево!
* * *Подхватив девчонку за талию, вошёл вместе с ней обратно в ванную и плотно прикрыл дверь за спиной. Она вцепилась в его плечи, обжигая холодом своих рук. Строптивая ледяная девочка.
— Вам не надоело? — вспыхнув, вперилась в него злым взглядом.
До усрачки забавная. — Не спится, Иван Андреевич? Бродите в темноте как маньяк и подслушиваете? Так даже Маринка не делает.
Заржал от того, как строго прозвучала её нотация, и внутри вспыхнуло что-то, чего уже лет двадцать пять не чувствовал — желание пошалить. Дурдом.
— А может, я и есть маньяк? Мм? Не боишься, что укушу? — и впился губами в её тонкую шею, чуть прихватывая зубами.
Милана взвизгнула, замолотила его по спине и задёргала ногами.
— Отпустите! Иван Андреевич, я вас предупреждаю, я закричу!
Оторвавшись от вкусно пахнущей шеи, переместился на губы, смял их своими, и девушка неожиданно притихла, лишь было слышно, как сильно колотится её сердце.
Маленькая, испуганная птичка.
А через мгновение она ответила, застонала ему в рот и, как только Бекет расслабился, цапнула за язык острыми зубками.
Зашипев, отстранился, с улыбкой посмотрел в её глаза.
— Не сдашься, да?
— Нет! — с вызовом, задрав маленький нос.
