Когда дверь позади меня закрылась, он поднял взгляд.
— Здравствуйте, Иван… Э-э-э…"
"— Андреевич, — мрачно так, угнетающе. У меня тут же перегорел весь настрой.
— Андреевич… Я хочу извиниться за доставленные неудобства и попросить вас…
— Позже просить будешь, — прервал довольно грубо, поставил чашку на блюдце. — А сейчас расскажи мне лучше, откуда ты взялась такая вежливая? Мм?
Я пожала плечами, вздохнула. Невыносимо ныли ноги, хотелось присесть. Но меня никто не приглашал, а нарываться сейчас не хотелось.
— Из-под венца сбежала…
— Поподробней.
От кого сбежала? Почему сбежала?
Его взгляд пронзительный и недобрый сканировал меня, будто рентген. От этого становилось не по себе.
— От жениха. Вернее, я думала, что жениха. Он меня обманул и продал. В день свадьбы хотел провернуть сделку. А я сбежала.
Честно говоря, рассусоливать на эту тему совершенно не хотелось. Меня всё ещё душила злая обида на ублюдка Валерика… Но и молчать не могла. Иначе, Бекет меня просто выкинул бы.
— Что ж, Милана, спасибо за честность.
Проходи, присаживайся, — кивнул на стул напротив, и я шагнула впёред, но тут же остановилась.
— Что-то я не припоминаю, чтобы говорила вам своё имя…
— Потому что ты его не говорила. Сядь, сказал. Будешь просить оставить тебя в городе?
Именно в этот момент я поняла, что Бекет совсем не прост. Нет, я и раньше это понимала, ибо не сможет держать огромный город какой-нибудь лошок. Но вот сейчас осознала особенно чётко, что с ним шутить не стоит.
* * *Желудок, гад, активно переваривал еду и, надо признаться, очень шумно.
То ворчал, то бурчал. А Бекет всё ждал. Ждал и смотрел на меня, как на провинившегося ребёнка. Ждал, что я припаду к его ногам и начну слёзно молить о милости… А я не падала. Сидела на стульчике и ковыряла мягкий ковёр носком старого тапка (выданного мне, как и заношенный халат, видимо, той же злобной Таисией).
Мозг не хотел работать. Меня всё ещё штормило и хотелось спать.
— Я… Э-э-э… Если вы меня выгоните, то меня найдут те сволочи, что заплатили за меня, и я попаду в рабство, — аргумент, конечно, хороший.
Для суда или полиции, если бы власти не были продажными… А вот для Бекета — едва ли.
И он поспешил подтвердить мои догадки:
— А почему меня это должно волновать? В ваших краях ежедневно кого-то продают, кого-то покупают. Даже в моём городе подобное иногда случается. Разумеется, всё это происходит как можно дальше от меня и моей
резиденции, но полностью торговлю людьми искоренить пока невозможно.
