Потому что Сэм умер, с тяжелым сердцем подумал Витторио, и как я раньше не догадался?"
"— Это был эмоциональный порыв, — сказал он. — Обычно так дела не делаются. Разумеется, я не могу принять ее подарок. Пожалуйста, свяжитесь с сеньорой Клэннен и скажите ей это.
— Но я не могу, я не знаю ее нового адреса.
— Позвоните ей на сотовый!
— Она сменила номер.
— Тогда пошлите ей электронное письмо.
— Электронный адрес она тоже сменила.
— Но это же невозможно. Как же с ней связаться в случае крайней необходимости?
— Именно это я ей и сказал, но сеньора заявила, что хочет навсегда уехать отсюда, словно ее здесь никогда и не было.
А если ее не было, то не может возникнуть и никакой крайней необходимости.
Слово «навсегда» больно резануло Витторио по сердцу. Он разозлился.
— Послушайте меня, Варини, я не приму подарка, и вы должны ей это сказать!
— Не имею возможности, — терпеливо ответил юрист.
— Я вам не верю.
— Сеньор Таццини, позвольте мне все вам объяснить. Если вы откажетесь от виллы, она придет в запустение, и урожай пропадет.
— Урожай… — задумчиво произнес Витторио.
— Я рад, что вы все поняли.
Витторио подумал о деревьях, ветви которых ломились от спелых плодов, ждущих, когда их сорвет заботливая рука, и представил себе, как они гниют, никому не нужные…
— Я возьму назад виллу, — простонал мужчина, — но только на время. Разыщите свою клиентку и убедите ее вернуться.
— Только если вы подпишете эти бумаги, — ответил Варини.
Когда был заверен последний документ, юрист достал из ящика стола еще один запечатанный конверт.
— Это тоже для вас, — сказал он. — Сеньора Клэннен велела мне передать его вам только в том случае, если вы примете ее подарок.
— Спасибо, — произнес Витторио безжизненным голосом.
Затем, машинально засунув конверт в карман, он взял свои копии документов и покинул офис Варини. Домой он ехал медленно. Произошедшее никак не укладывалось у него в голове.
Уединившись в своей комнате, Витторио достал из кармана письмо и несколько минут просидел, пристально глядя на него.
Наконец мужчина собрался с духом и открыл конверт. Из него выпал листок бумаги.
«Мой дорогой, если ты читаешь это письмо, значит, вилла снова принадлежит тебе. Впрочем, она всегда была твоей.
Я думаю, мы оба знали, чем все это должно было кончиться. Я люблю тебя, но нас разделяет пропасть. Я не могу проникнуть в замкнутое пространство, которым ты огородил себя от мира, и не собираюсь всю жизнь биться головой о стену.
