Хозяин волчьей стаи

 — Погладь, просто погладь… по спине, рукам, животу… Я же тебе нравлюсь… Вот так девочка…

А сам ловил губами мои губы, показывая, обучая, заставляя стонать ему прямо в раскрытые губы. Мне хотелось больше Кирилла — не того, надменного Альфу, что не давал мне общаться с братом, а этого, нежного, который беспокоясь обо мне, не давил сверху своим весом, а опирался на свои локти, явно испытывая от этого неудобство…

— Прости, девочка, — простонал Кирилл, и тут же углубил и без того глубокий, вкусный поцелуй.

Ещё одно мгновение — или вечность — и мне стало дико больно внизу.

Я дернулась, пытаясь вырваться из — под Кирилла… Баев же, не удержав личину человека — его глаза мерцали желтым звериным вытянутым зрачком, а клыки совсем не походили на зубы человека, ещё сильнее впечатав меня в сидение машины, поднял голову вверх и …завыл.

— Моя, — рыкнул вожак, и теперь его клыки оказались в опасной близости от моего лица. Освободив одну руку — которую сейчас никто не назвал бы человеческой из — за длинных острых когтей, Альфа повернув мою голову в бок… и впился зубами в ещё не зажившую до конца метку.

Я закричала от боли, а вожак снова завыл от…удовольствия. Его толчки внутри меня стали резкими, болезненными, лишёнными всякого намёка на нежность.

— Так любят волки, — возвышаясь надо мой, проскрипел Баев. — Мы не любим лишних нежностей. Ты привыкнешь, девочка. Привыкнешь… — Его тело убыстрилось, толчки стали чаще и сильнее, а объятия ещё крепче…Я уже не чувствовала границы, где боль, а где наслаждения….

Вспышка — и мы, слившись в одном сознании, одинаково — по- волчьи, вскрикнули.

После, придя немного в себя, я уже мечтала снова впасть в кому или хотя бы просто потерять сознание, лишь бы избежать понимающего взгляда Кирилла.

Баев, лежавший сбоку, лениво ласкал мои волосы.

— Маленькая моя, прости. — Он одной рукой крепко прижал меня к своему горячему телу, другой продолжал успокаивающе гладить по животу. — Мой запах на тебе, мой запах внутри тебя… Красота, готов оставаться так вечно.

А я, покраснев до уровня «созревший томат» все же услышала тоскливое ворчание кого — то рядом с нами… Кого — то зверя.

— Кто это? — встрепенувшись, спросила я. Теперь уже напрягся Кирилл. Заставил посмотреть прямо в глаза.

— Что случилось, Настя.

— Кто — то рычит… рядом. Злой.

Темные глаза сверкнули.

— А, это… Значит, ты всё- таки слышишь… И давно?

— Что слышу? — не поняла я. — Это кто — то из стаи, да? Кто — то рядом.

Кирилл загадочно улыбнулся.