А икота не прекращалась. В конце концов, я начала сперва медленно, а потом более уверенно рассказывать следователю о своих находках: о помощи Ульрика и о посещении публичного дома.
— Это может быть все же не связано, — заметил Ренслир, пытаясь оставаться голосом разума.
— Вы правы, — кивнула я, — но как минимум второе дело и третье очень похожи. Я сравнила ткань, в которую завернули тела — она практически идентична. Разве у вас в городе каждый день тела, завернутые в одинаковую ткань, преступники выкидывают? Это так распространено, чтобы быть совпадением?
— Я закажу экспертизу, возможно, удастся считать ауру дома с ткани и подтвердить, что обе портьеры из одного места… но всегда остается возможность, что это не так.
— И свидетельница! Нужно ее как можно скорее опросить, ик! — я подпрыгнула на месте, едва не свалившись с сиденья, когда карета подскочила на какой-то кочке. Ренслир схватил меня за локоть, удерживая.
Я замерла, неожиданно оказавшись прижатой к его боку. Он такой горячий. И жесткий — под пальто, кажется, сплошные литые мышцы.
Следователь помог мне умоститься опять на сиденье, но продолжил придерживать под локоть на всякий случай:
— Не торопитесь так, возможно, ее-то дело как раз не связано с остальными. Все же падшая женщина и две леди — это разные случаи, — произнес он.
— Преступник может переходить от более простых жертв к труднодоступным с опытом. Раньше он мог бояться, а потом набрался уверенности, — припомнила детективные сериалы, просмотренные на земле.
Ренслир нахмурился, но все же вынужден был признать:
— Что-то в этом есть…
В этот момент мы как раз подъехали к пансиону.
Я подумала о том, что сейчас будет, и непроизвольно всхлипнула, на глаза опять навернулись слезы. Я прижала ко рту платок, чтобы сдержаться.
— Что-то не так? — нахмурился Ренслир.
— Меня, наверное, выгонят сегодня из пансиона, — призналась я. — Вы не знаете хорошую, но недорогую гостиницу где-нибудь поблизости?
— Почему вас должны выгнать?
— За нарушение комендантского часа, конечно.
Слишком поздно приехала, так что падшая женщина…
— Но ведь вас же арестовали по ошибке…
— Об этом вообще лучше не говорить, хуже будет. Арестовали — это же вообще позорище, да еще и в таком районе… нет, мне точно придется искать новое место жительства, но не представляю, кто сдаст комнату одинокой девушке за такую низкую цену…
— Идемте-ка… — Ренслир решительно вылез из кареты.
— Нет, вы не понимаете, прийти в сопровождении мужчины — это же еще хуже!..
