Хозяйка графских развалин

— Ушёл в храм, — не тот случай, чтобы скрывать, хотя подсказывать, где будет тайник с моим имуществом ни малейшего желания. — Что происходит?

Бетти не удостаивает меня ответом, она перепрыгивает через ноги Гэбби и, метя плащом по полу, сбегает вниз.

— У юной госпожи снова приступ, — вместо неё поясняет тётушка Хлоя и вдруг опускается на колени.

— И… как долго он обычно длится?

Я не представляю, чем помочь. Раз никто не идёт за лекарствами, то их либо нет, либо… закончились. Всё, что приходит мне на ум — перенести девочку в спальню, если приступ затяжной.

Не лежать же ей на ступеньках.

— Кто знает?

— Гэбби так никогда не трясло, — поясняет мне Мими.

А Гэбби, зажмурившись и заставив дрожь на миг прекратиться, тихо, но очень отчётливо спрашивает:

— Он придёт? Я, наверное, скоро умру.

У меня дыхание перехватывает.

От осознания, что Гэбби действительно чувствует скорый конец, мне становится жутко, и всё, что я вижу — безысходность. В глазах самой Гэбби, в глазах Мими, в глазах тётушки Хлои.

Она, забыв про иерархию, высовывает морщинистую руку из рукава и кладёт на стопу девочки, поглаживает.

Нет-нет-нет, я отказываюсь это признавать!

Решение очевидно.

Я бросаюсь наверх. В спину мне летит недоумённый оклик Мими, но у меня нет времени объяснять, что к чему. Я, приподняв юбку, несусь по коридору, проскакиваю анфиладу комнат своих покоев и останавливаюсь лишь перед зеркалом в кабинете.

Надеюсь, я не совершаю ошибку.

В боку от быстрого бега покалывает, меня душит одышка, но я не трачу ни секунды на отдых.

Алый цветок, половинка печати, проступает на коже, мне кажется, раньше, чем я успеваю его позвать. Я прикладываю ладонь к стеклу, отступаю на шаг.

Переход открывается мучительно медленно.

Едва по ту сторону появляется воин в синем доспехе, я показываю ему кулак, разжимаю указательный и большой пальцы. И позволяю увидеть зажатую в ладони слезу солнца. Одну. Вторая при мне, но незачем выкладывать козыря разом.

— Господыня Имили Оти ещё заинтересована в ценных камешках?

Рядовой воин явно не тот персонаж, с кем следует вести переговоры, но времени нет.

Я не могу позволить, чтобы из-за моего промедления Гэбби не дождалась помощи.

Мужчина снимает с головы птицеголовый шлем и приветствует меня неглубоким поклоном:

— Господыня Оти примет вас…

— Сестре моего мужа требуется помощь целителя, незамедлительно.

Воин отрывисто кивает:

— Я приведу…

— Нет. Быстрее и проще доставить девушку к целителю.