Может, хватит бегать от меня, словно я прокаженный? Марафон длиною в два года — это уже перебор!
Я засопела и покосилась на пол. Полотенчико никуда не делось.
Собрав всю смелость в кулак, негромко выдохнула:
— Подними его и верни на место!
— Что? — Лукер снова заглянул в мое пылающее лицо.
— Подними полотенце! — прошипела я и указала указательным пальчиком вниз.
— Хм… А ты обещаешь не подглядывать?
— ЛУКЕР!
Наверное, мой вопль услышали даже в открытом космосе.
— Да ладно, чего уж. Мне стесняться-то нечего.
Подглядывай. Могу даже пройтись по душевой.
«А-а-а!» — я мысленно завопила, готовая стукнуть его чем-нибудь тяжелым.
— Да почему ты меня так изводишь, орш!
— Да потому что ты мне интересна! — рявкнул он на меня и, отпрянув, хлопнул ресницами.
Смутился. Нагнулся и схватил с пола полотенце.
— Ой! — я резко отвернулась и продолжила созерцать дверь.
Ничего не видела, ничего не знаю!
За спиной слышалось какое-то шуршание.
— Все, полотенце на мне, — раздалось надо мной.
Лукер снова принялся дергать проводки.
Один за другим.
Между нами повисло молчание. Тяжелое, какое-то душное.
Невыносимое.
И самое противное, что я отчего-то ощущала свою вину.
— Я не знала, что ты здесь, — ляпнула первое, что в голове всплыло.
— Я это прекрасно понимаю, Пети. И я не знал, что дверь у катера заклинит в такой неподходящий момент. Я просил Камелию извиниться перед тобой за меня, когда стало понятно, что разговаривать со мной ты не желаешь. Но и у нее не вышло ничего объяснить.
Я не хотел тебя обижать. Мне всегда нравились умные девочки, хотя сам я особо нигде не блистал. Учебу и ту не закончил, эдакий позор семьи. Я понимаю, что ты смотришь на меня свысока и… В общем, — он дернул очередной проводок, — я никогда не хотел тебя унизить, тем более вот так демонстративно. И все же прошу прощения за тот случай.
Замок издал писк, и красный цвет на табло, наконец, сменился зеленым.
— Готово, — Лукер ухватил меня за плечо, будто боялся, что я сбегу. — Если еще раз такое случится — нажмешь вот сюда, — он указал на небольшую плоскую синюю сенсорную клавишу рядом с замком.
— Свяжешься с тем, кто будет на мостике, и тебя таким же образом откроют снаружи. Ну все. Можешь принимать душ.
Он отпустил меня и открыл дверь.
Вышел в коридор.
— Лукер, — я уставилась на его обнаженную широченную спину, — извини, что не верила и обвиняла в… неважно. Просто извини.
Он усмехнулся и обернулся.
— Этого стоило ждать два года.
