— Ты способен на подлость? — я вопросительно приподняла бровь.
Он усмехнулся:
— Ради тебя, Петуния, да. Способен. И мою совесть это утверждение никак не трогает. Эта девчонка сама нарывается на то, чтобы ее проучили. Один раз о нас обожжется, в следующий — будет правильно выбирать для себя соперников.
Сказать мне ему было нечего. Как ни странно, его слова не показались мне ужасными. Наоборот, этот азарт в глазах орша подкупил.
Улыбнувшись, я отошла от него, и он легко убрал руку с моей талии.
— Все заняли свои места, — скомандовал Дупел.
— Швартуемся.
Быстренько упав в кресло, уставилась в окно. Там впереди виднелись стартовые площадки для межзвездников. Огромные, мигающие голубыми огнями.
— Диспетчер Ялвира-11 вызывает клипер «Н317», дайте разрешение на посадку и обозначьте номер швартовочного места, — Лукер сидел в кресле, держа спину ровно и вглядываясь в монитор перед собой.
— Ялвира-11 на связи, — послышалось в ответ. — Клиперу «Н317», вами забронирована площадка номер 34 сроком на две недели.
Подтвердите.
— Так точно, — Лукер кивнул невидимому собеседнику. — Подтверждаю.
— Тогда добро пожаловать на Ялвиру, — голос диспетчера стал веселее. — Надеюсь, удача вас не оставит.
Орш усмехнулся и отключился.
— Это нам сейчас намекали на то, что надеются, что мы не будем сожранными? — брякнул Риме, все еще впечатленный местной флорой.
— Скорее всего, да, — Лукер кивнул. — Я уточнял при бронировании, с какой целью мы к ним летим.
Он обернулся на меня и подмигнул.
Такое внимание было в новинку, поэтому, чувствуя, как краснеют мои щеки, я предпочла уставиться в потолок.
Ничего не знаю и не замечаю — вот был мой девиз на сегодня.
— Трусиха, — шикнул сидящий рядом со мной Риме.
— Встретишь свою женщину, и я посмотрю, как ты осмелеешь, — не осталась я в долгу.
— Да какая на хрона посмотрит?
— Умная и дальновидная, — фыркнула я и, оторвав взгляд от обшивки потолка, одарила его довольным взглядом. — Еще раз услышу подобное, обзвоню всех знакомых девушек с Цереры и познакомлю с тобой.
Замучаешься отбиваться.
Он замер, распахнул глаза и медленно кивнул своим мыслям, а после… С таким возмущением уставился на меня, что стыдно стало.
— То есть два года ты знала, что где-то там есть незамужние девушки и что я им приглянусь, и молчала! Не связывалась с ними и не осчастливливала мною! И кто ты после этого, Петуния!
— Так ты и не говорил, что тебе надо, — растерявшись, я даже не заметила, что мы пришвартовались и гул ядра затих.
