А он, оказывается, не так прост! Прикидывался перед всеми этаким простачком, а у самого вон какой гарнизон, не чета моему!
И я решилась, у Сореля за спиной сила, он защитит!
— Это Фабер! Это он нас похитил! Его нужно задержать!
— Тшшш, тихо, тихо, успокойся, — Антуан положил мою голову себе на плечо, погладив по волосам, — я всё знаю, Фабер под арестом, его банду скоро поймаем.
— Они в пещере! Я знаю дорогу! Там Тюрский лазутчик!"
"— Хорошо, хорошо! Только не волнуйся! Сейчас немного отдохнёшь, придёшь в себя и всё расскажешь, — Антуан сам не заметил, как перешёл на ты.
В крепость мы добрались, когда почти совсем стемнело. Антуан соскочил с коня, помогая мне спуститься в низ, Груню и вовсе нёс на руках один из солдат. На крыльцо высыпали все обитатели замка. Увидев нас, Луиза ахнула, а Эбби разревелась. Думаю, зрелище было ещё то: грязные, с синяками и ссадинами, волосы спутаны в колтуны, одежда порвана, Груня так и вовсе свою верхнюю юбку на верёвки пустила.
Антуан подхватил меня на руки и сам отнёс на хозяйский этаж, велев служанкам привести меня в порядок.
— Потом и поговорим! — пообещал он.
— Там Груня! Ей доктор нужен! Она мне жизнь спасла! — успела крикнуть ему в спину. Он обернулся, кивнул и вышел, тихонько прикрыв за собой дверь.
— Леди Элена!
— Голубушка моя!
Луиза и Эбби принялись снимать с меня уцелевшие остатки одежды. Лина и Стася таскали вёдра с горячей водой, готовя для меня купальню.
— Там Груня! Ей совсем плохо! — попыталась я вырваться из их цепких рук.
— Мари уже готовит для неё свой фирменный отвар.
Меня подхватили под руки и буквально окунули в бочку с тёплой водой. Луиза занялась волосами, а Эбби намылив тряпочку, аккуратно промывала ссадины на лице и руках.
Когда я чистая и посвежевшая вернулась в спальню, на столике меня ждал поднос, на котором стояла пиала с куриным бульоном, кусок лепёшки и кружка с травяным отваром.
— Ты давно не ела, поэтому сразу много нельзя, — пояснила Эбби, смахивая с щеки набежавшую слезу.
Этот бульон показался мне таким чудесным, ничего вкуснее не ела! Я отрывала от лепёшки маленькие кусочки, тщательно их пережевывая, Эбби права, нельзя сразу сильно нагружать желудок.
Отвар горчил и был не слишком приятным на вкус, но Луиза велела выпить всё до капли.
— Снадобье Мари кого угодно на ноги поставит, пейте, леди Элена, пейте, — приговаривала экономка.
После отвара мне действительно стало намного лучше, голова прояснилась и я вспомнила слова Сореля.
