— Ты чего вскочила в такую рань?
— Не спиться… — девушка зябко передёрнула плечами, — детки проснулись, покормить бы…
— Да, уже иду.
Груня кивнула и скрылась за дверью, а я последний раз провела пальцами по волосам мужа, который так всю ночь и просидел на полу возле моих ног.
— Анри, поспи немного, я велю не беспокоить тебя до самого завтрака.
Он поймал мою руку, целуя в раскрытую ладонь.
— Хорошо, только возвращайся поскорей.
После ночной исповеди Анри выглядел совсем расслабленным и сонным, словно этот поток слов смыл всю нашу боль.
Нам всем требовался отдых.
В детской было сумрачно, пахло молоком и той особой умиротворённостью, которой пахнут маленькие дети.
— Девочки вперёд! — я с улыбкой склонилась над колыбелью Анны.
Малышка, услышав меня, тут же принялась нетерпеливо размахивать своими крошечными ручками.
— Сейчас, сейчас я тебя покормлю! Совсем мамка вас забросила! Всё да дела, да дела!
Я села в кресло, приложив малышку к груди, борясь с враз накатившейся сонливостью. Дочка, словно чувствуя моё настроение, сегодня даже не капризничала, быстро поела, уступая место своему брату.
Накормив сына, я велела Груне идти отдыхать. Да, день был тяжёлый, все мы переволновались и изрядно понервничали, от того, не смотря на усталость, не могли уснуть.
— Позови Эбби или Лушу и иди к себе. Ты понадобишься вечером, в лаборатории.
Отдав последние распоряжения, я вернулась в свою комнату. Анри был уже в кровати, его грудь мерно вздымалась, указывая на то, что он уже спит. Первые солнечные лучи робко заглянули в окно, я подошла ближе, всматриваясь в так сильно изменившееся лицо мужа.
Длинные ресницы отбрасывали тени на чуть тронутые румянцем щёки. Очистившаяся от безобразных рубцов кожа даже на вид кажется нежной, как у ребёнка, её ещё не успел тронуть ни южный загар, ни ветер. Широкий, упрямый подбородок. Губы чётко очерченные, словно вылепленные из мрамора, так и хочется их коснуться.
Я с трудом оторвала взгляд от своего мужчины, решительно подошла к окну и задёрнула штору.
Нужно немного поспать, сегодня из города должен вернуться Ирвин и тогда будет не до отдыха.
Ирвин вернулся в замок ближе к вечеру. Сумерки уже накинули на долину тёмно серый плащ, скрывая её от любопытных глаз.
Старшие дети получили свою вечернюю сказку и отправились спать, младшие, сытые и довольные, дремали в своих колыбельках. В замке царила тревожная тишина. Меня не покидало ощущение, что скоро должно что-то случиться.
Мы ждали Ирвина в гостиной.
