— Странно, видимо, в империи тоже забыли о твоем роде, раз так легко выпустили из своих лап, — нахмурилась Нисса, — Но не мне решать все эти вопросы, — сказала она, — Эти оглоеды получать за свое нападение на караван, сколько было говорено, не лезть к круговым.
— Мама, — возмутился Игор, — они везут на смерть наших, как же не спасать.
— Спасать нужно тех, кто просит, а не тех, кто потом визжит на весь поселок, — ответила женщина, — вот приедут старейшина и воевода с совета, получите за свою самодеятельность. Ты не обижайся на них, Анэнья, они еще дети, ста лет не минуло, так что в голове один ветер, и былая слава предков умы смущает.
— Что со мной будет?
— Не нам решать, — покачала головой женщина, — но мы дела решаем неспешно, пока совет соберётся по твоей проблеме, может не один десяток лет пройти. А у тебя вон есть уже, где жить. Лесопилка давно нам нужна, столько молодых пар без домов живут, да и мебель пора обновить, а досок нет. Лес валить кому попало нельзя, и где попало обрабатывать древесину нельзя.
Все предками давно рассчитано и объяснено.
— А что будет? — удивилась я.
— Так, кто без спроса дерево срежет, деревом станет, кто будет гадить где попало, зверем останется, без ума. Бывали случаи то.
— А как мне с лесопилкой справляться?
— Не бойся, тут вообще все легко, у Орсо десять мужчин работало, так что кто-нибудь да пойдет к тебе на службу, — Нисса опять посмотрела на драконенка недовольным взглядом, — только вот дракона нужно в круг передать. Убить такого мелкого, рука не поднимется, а жить ему тут нельзя.
Не все у нас добрые, многие потеряли и продолжают терять своих родных, когда эти твари к нам в лес приходят за всякими ингредиентами для своих щитов."
"— Его держали связанным в сундуке, думаешь, если его передать в круг, этого опять не повторится? — Я посильнее прижала к себе ребенка. Только сейчас я вдруг осознала, что его присутствие помогает мне не скатиться в истерику и держать себя в руках, чтобы не случилось. Я в ответе за него, поэтому нужно быть сильной.
Я не желала с ним расставаться, понимала, что ему лучше с семьей, но даже мысль, что вот это теплое, и такое, кажется, родное существо заберут, вызывает у меня желание бежать и прятаться. Драконенок тоже почувствовал мой страх и быстро обернувшись, спрятал лицо на моей груди, вцепившись ручками в меня.
— Гляди, как родной, — покачала головой Нисса, — Бедные вы оба, потеряшки.
— Мама она хранительница, он дракон, — сказал Игор, — ничего, они не бедные.
