- Кстати, Джина, - Лили, прищурившись, посмотрела на мою белокурую подругу, - вы знаете, что у вас кинематографическая внешность? Вас нужно крупным кадром снимать!
Джина картинно повернулась в профиль и приподняла подбородок. А затем снова закатилась веселым смехом.
- Зря вы смеётесь, - Лили изображала сейчас этакую матрону кинематографа, хотя это её позерство происходило только из того, что они с Генри решили недавно приобщиться к миру кино. - У вас лицо этакого утомленного земной жизнью ангела. Слегка потрепанного, но не утратившего светлой души.
Мы даже притихли немного. Все-таки Лили была непроста, и её тонкая актерская организация, наверное, могла считывать души, как с листа.
- Кстати, сейчас повсеместно ставится пьеса Тенесси Уильямса “Кошка на раскаленной крыше”. Так вот вы, Джина - просто идеальны на роль Мэгги, - Лили посмотрела на Джину и важно покивала.
Моника поднялась.
- Нужно организовать здесь всё пространство: ряды стульев для гостей, проход, сцену. Позову мальчишек, пускай пока что всё таскают.
Я кивнула.
- Прекрасно, Моника, спасибо.
Девушка пошла в сторону служебных комнат, а я направилась за ней.
-Подождите, Моника. За всеми этими делами совсем забыла сказать: на воротах висит ящик для исходящих писем. Не обязательно для этого идти в город.
- Я знаю про ящик, - мисс Кроу повернулась и посмотрела мне в глаза прямо и немного вызывающе, - но мне ещё нужно было послать срочную телеграмму.
- Что-то случилось?
Она подумала секунду и решила не лукавить.
- Попросила мистера Уолтона сообщить, точно ли он приедет.
- Это так важно для вас? - понимая, что лезу девушке в душу, я всё же хотела как-то ей помочь. Хотя бы попытаться, не раскрывая, конечно, тайну Стива.
Моника отвернулась.
- Достаточно важно, мисс Мелоун. Я пойду, ладно?
Девушка терзалась, это было видно невооруженным взглядом.
- Конечно, иди. Поговорим позже, хорошо?
- Как скажете, мисс Мелоун."
"Моника ушла, а я вздохнула. Как же всё сложно.
Остаток дня мы ставили и переставляли в большом холле стулья, канапе, столики и вазы.
Очень вовремя доставили несколько штук тканей для драпировки. Две девушки-горничные гладили их под руководством Линнет. Лили руководила их развешиванием. Мальчишки-рассыльные летали под потолком, не хуже паучков, расправляя складки синей и серебристой кисеи, как указывала им мисс Беккер. Получилось в итоге не хуже, чем на театральной сцене.
Отдельный отрез серебристой ткани пошел на банты, которыми мы украсили стулья.
