Да только я успела полистать книги, что выдал мне граф Аранский. А ещё сбегала за теми, что читала в общей библиотеке. Я нагло решила, что мне они нужнее. Хоть что-то я должна была получить за все свои мытарства.
Одно я поняла чётко: есть сила или нет, а законы в этом мире побеждали любую магию. И я собиралась хорошенько разобраться в них. И знать, на что я могу рассчитывать.
Поэтому я приписала внизу, сделав это тихо и не привлекая внимание графа, и только слышала его очередной вопрос к поверенному:
— Но что, если баронесса всё же упомянута в завещании, уважаемый Рогден? Мы уезжаем и не сможем дождаться остальных.
Болезнь члена семьи, да и состояние баронессы после таких потрясений.
Я слушала краем уха, спокойно ставя подпись. Заверила её магически, этому я научилась быстро, и с печальной улыбкой отдала поверенному рода Кронк.
Мы вышли и направились к карете, и я выдохнула с облегчением. Граф не проверил моё прошение, хотя и мог как опекун. А я сделала приписку, на которую имела право. Я получу эти средства, когда получу полные права.
Теперь я знала, что мне делать.
Когда мы приехали в поместье, я была готова почти ко всему: к холодному приёму, к равнодушию и отношению как к товару. Я хорошо знала эту семейку.
Оказалось, что лорда Роберта, моего деда, решили везти раньше, в карете в сопровождении врача, помощницы и его верного слуги. Об этом мне и сообщил граф, когда мы тронулись в путь, а я спросила о самочувствии лорда Роберт.
Граф наклонился немного ближе ко мне, тихо и проникновенно сказал:
— Что, считаешь себя очень умной? Втёрлась в доверие к отцу и думаешь, что дело в шляпе? Не забывай, что ты несовершеннолетняя и я полностью распоряжаюсь твоей жизнью.
Так что побольше уважения и поменьше нахальства в глазах. А по поводу наследства не беспокойся, у меня прекрасный поверенный, он отлично разбирается в законах королевства. Я почти уверен, что нам удастся опротестовать завещание. Твоё дело молчать и слушаться. Знай своё место и будь благодарна за то, что имеешь.
Я опустила глаза, чтобы граф не увидел всю ту злость, что я испытывала и не могла сдержать.
Сколько всего я мечтала сказать этому напыщенному индюку. Но я молчала, понимая, что там, в поместье, я буду в полной власти своего отца.
Вздрогнула, вспоминая о графине и её поучениях. Брр.
Одно поменялось, когда я вернулась. Меня поселили в господскую часть, хотя и подальше от остальных Пейтонов. Более того, коридор к той части, где жили слуги, был недалеко от моей комнаты.
