Нет, вещи вроде были на месте, но по мелочи то одно немного не так лежало, то другое. Это насторожило и даже испугало. С того самого дня я каждый вечер подвигала тяжёлый стул и упирала в дверную ручку. Защита не самая надёжная, но точно разбудит меня, да и шум поднимет.
Здесь у меня не было личной служанки. Да, мне определили временную личную горничную, ведь теперь я была баронессой, и положение обязывало. Застегнуть сзади пуговицы или застёжки я и сама могла, направив каплю магии, но казусы со столь мелкой работой, тем более, когда не видешь результата, могли случиться.
Служанка обычно помогала мне с причёской, да и с нарядом. Так было принято.
Я опять училась, мастер Лавли приехал, согласившись помочь подтянуть знания и правила поведение в обществе уже как баронессе, носительнице титула. Как выразился сам мастер:
— Теперь к вам, милая леди Кронк, будет более пристальное внимание. Очень уж быстро вы поднялись по положению, да ещё и не растеряли тех выгод, что сулит женитьба на невинной леди.
"
"Я кивала, понимая, о чём говорит мастер, помнила, что он же мне и рассказывал перед моим замужеством. Если дева невинна, её магия легко входит в резонанс с магией мужчины, и дети рождаются легко. Пара настраивается друг на друга, магия переплетается.
В том-то и была моя ценность. Я, как будущая жена, была ценна тем, что была чиста. Здесь не так была важна сама невинность. Поэтому девушки без магии относились к этим моментам не так серьёзно. А вот магически одарённые и знатные были под серьёзным контролем старших в семье.
Дед продержался недолго. Он ушёл из жизни всего через месяц. И то, только за счёт зелий. Сын, граф Пейтон, навещал отца. Они разговаривали, вспоминали общие моменты. Мне об этом обмолвился Матей, так, вкратце, отказавшись рассказывать подробности. Он только уточнил:
— Да, сын у лорда Роберта истинный глава и думает о роде, он сделал достаточно для самого рода. Наследник тоже ведёт себя достойно. А вот Нортон та ещё проблема.
Зря лорд дал так много воли жене в воспитании младшего, теперь вот расхлёбывают.
Матей покачал головой и больше ничего не говорил, объяснив, что сплетничать не желает из уважения с своему лорду. Он был достойным и верным слугой, и ко мне относился хорошо.
Похоронили деда достойно. Я скорбела по нему искренне, он успел занять своё место у меня в сердце. Но я с тайной радостью отпускала его, так как там его ждала новая жизнь, я была в этом уверена.
