Вспомнила напор жениха, развернулась для удобства общения и прямо спросила, почему-то смотря на его губы:
— И как мы будем это решать?
В ответ прозвучал довольный, раскатистый смех. Я взялась за плечо Кирана, испугавшись, что упаду, если он продолжит так же хохотать.
Моя ладонь медленно провела по его сильному плечу, переместившись к предплечью, а я в это время думала не о мысли, кто же мы теперь друг другу, а какой он всё же сильный, надёжный и мощный. Не только граф и красивый мужчина, но и воин.
Сглотнула, представив нас вместе, и его запах, вкус, его напор и мощь. И срочно откинула все эти мысли, держась за мысль, что сейчас мне нужен был ясный ум, а не эмоции.
Поэтому с вопросом в голосе предположила:
— На самом деле, Киран, ты граф очень перспективного и богатого южного графства с возможностью вернуть титул герцога. А я… — Правде стоило смотреть в глаза, поэтому продолжила: — А я вдова-баронесса, с клочком земли, крошечным поместьем и землями, в которые вкладываться и вкладываться.
И что же может нас связывать.
Киран усмехнулся и резонно ответил:
— Это скажут те, кто не знает ни меня, ни тебя. Такие мы для чужих, для общества, которому плевать и на нашу жизнь, и на наше счастье. А кто я для тебя, Алисия?
Я захлопала глазами, в шоке смотря на него. И возмущённо ответила:
— Эй, это был мой вопрос, Киран! Это я должна была спросить, а ты ответить!
— И почему же ты молчишь, Лиса? Ответь, почему ТЫ не спросила?
Я растерялась. Правда. Резко, моментом.
Опустила взгляд, понимая, почему не сделала этого, и почти прошептала:
— Я сомневалась, что получу тот ответ, который жду, Киран. А я не хочу, чтобы всё так резко закончилось, понимаешь? Если ты ответишь, мне придётся принять твою реакцию. А вдруг ты не спросишь?
Киран прижал меня к себе, обнимая так тепло, и зашептал в ухо, щекоча кожу:
— Для меня неважно, Лиса, кто ты там, далеко от меня. Графиня, баронесса, богата ты или бедна. Ты — это ты. И любима такой, какая ты есть.
Отстранилась, внимательно посмотрев ему прямо в глаза, и прошептала:
— Любима? Но ты не говорил мне об этом, не показывал своей любви…
Киран рассмеялся и с усмешкой ответил:
— А что, ты правда думаешь, что я вот так помогаю каждой прекрасной деве в беде?
— Прекрасной?
— Самой прекрасной, самой лучшей, любимой и желанной, Лиса. Ты для меня такая. Да, говорить красиво я не умею, зато защищать я тебя буду до последнего. И от любых невзгод.
