А когда ты станешь моей женой, я много-много раз покажу тебе, как сильно я тебя люблю. — И прямо в губы прошептал: — Покажу, как ты желанна для меня.
Прикосновение его чуть обветренных губ к моим. Лёгкие движения сменились страстными, его рука в моих волосах не давала мне отстраниться и вернуться на землю. Я опять поплыла, наслаждаясь его поцелуями и ласками. И его шаловливым языком, дразнящим, нападавшим и отступавшим.
Своими поцелуями Киран буквально приучал меня к себе. Я реально забыла бы обо всём, если бы не одна фраза, впившаяся мне в мозг и царапающая сознание.
Я положила ладонь на его грудь и отстранилась.
— Ты сказал, когда я стану твоей женой… Но… Киран… Ты не спрашивал меня, хочу ли я этого?
Ответ не заставил себя долго ждать. Киран и сам замер, и смотрел на меня, изучая. А после решил для себя что-то, чуть наклонил голову вниз, словно в бой собрался и спросил:
— А ты сама хочешь этого, Алисия? Я люблю тебя, бесконечно восхищаюсь твоей красотой, хрупкостью и стойкостью. Не желаю, чтобы ты всё делала сама, ведь для этого в этом мире есть мы, мужчины.
Хочу заботиться именно о тебе, готов дать всё, чем владею, что имею. А главное, разделить с тобой судьбу. А ты, Лиса? Ты готова? Готова делиться своей любовью, уважать меня и дарить мне свою нежность?
— Я? — Неужели я всё это слышала сейчас? От того самого мужчины, о котором и думать не смела как о муже? Не могла поверить, но в этот самый момент поняла, как сильно я ждала этих слов. Боясь разрыдаться, быстро начала отвечать, выплёскивая свои чувства: — Да, Киран, я люблю и готова быть тебе верной и любящей женой.
И дарить тебе всю свою нежность. Ну, ещё детей бы хотелось, и не одного желательно…
Я улыбалась, а Киран радостно рассмеялся, подтверждая:
— Детей, Лиса, это обязательно. Я бы прямо сейчас начал, да только в замке столько свидетелей, и всем есть дело до нас. Думаю, торопиться не стоит. Да, ты вдова, но согласование нашего союза не будет быстрым. По закону мы должны получить разрешение короля. Я граф, мало того, претендующий на возвращение более высокого титула.
Киран говорил, а я в это время думала о том самом положении вдовы и замужней дамы. А ведь признаваться в том, что я на самом деле девственница, придётся. Совершенно неожиданно пришла мысль, почему Киран так легко говорил о возможной добрачной связи, так свободно проявлял свои чувства. Я была вдовой, вот в чём дело было."
"Моя прошлая жизнь казалась уже такой далёкой. Я уже с трудом вспоминала её и людей, даже самых близких.
