— воскликнула она, порывисто обнимая и прижимаясь худеньким тельцем. — Как же я по тебе скучала.
Мать Люсия хотела сделать девочке замечание, но мой умоляющий взгляд заставил ее остановиться на полуслове.
— И я скучала по тебе, малышка, — проговорила, целуя девочку в светлую макушку. — Ну же, ребята, подходите ближе, давайте знакомиться.
Робкая по натуре Мила приближалась осторожно, с опаской поглядывая на Авилу. Маклин и вовсе смотрел на нее во все глаза, как будто ждал, что вот-вот она обернется драконом и дохнет пламенем.
— Неприлично так пристально рассматривать незнакомых людей, — напомнила я.
— Она же дракон, — заметил Лусин.
— Драконов тоже неприлично, — поправилась я и отправила парню укоряющий взгляд. — Знакомьтесь, это Авила, она будет жить с нами и заботиться о вас наравне со мной. И относиться к ней я попрошу вежливо и почтительно.
— Да ничего, пусть смотрят, — неожиданно разулыбалась Авила. — Если уж с драконятами справилась, выдержала проделки Аркадии, то и с этими ребятами полажу.
Как мне повернуться, чтобы вам удобнее было меня рассмотреть?
От этого замечания покраснел и опустил голову даже шустрый Лусин. Ненароком бросил взгляд на шрамы на руках Авилы, кажется, сравнивая их со своими собственными. Лусин прежде прислуживал в главном храме, был вхож в апартаменты прежнего настоятеля. Саос видел в нем идеального служителя ордена. До тех пор, пока Лусин не украл еду. Впрочем, то не было воровством вовсе. Лусин просто взял кое-что со стола для гостей, которых ожидали в приюте.
Совсем немного, чтобы накормить голодных малышей. Высшим санам ордена все равно не съесть столько мяса и овощей. Но Лусина поймали с поличным и отстегали по рукам так, что парень их едва не лишился. Но это не заставило его свернуть с выбранного пути. Лусин много раз заступался за малышей, бывало, даже брал их вину на себя. И вот теперь он робко обратился к Авиле:
— Вас тоже за что-то наказали? — Он снова посмотрел на свои руки. — Меня за то, что взял без спроса еду.
— А меня за то, что родилась неполноценным драконом, — беспечно отозвалась Авила.
Хотя только она сама знала, какого труда ей стоило в этом признаться. — Я не могу обращаться, хотя и выгляжу не совсем как человек. Не так, как вы…
— Вас тоже воспитывали в приюте, госпожа? — задал вопрос заинтересовавшийся Маклин. — Лусина наказал бывший настоятель, а вас кто?
— А меня собственная мать, — произнесла Авила, и в уголке ее правого глаза блеснули и тут же высохли слезы.
