Вот когда я пожалела, что отправила на растопку да в компост срезанные ранней весной яблоневые и вишневые ветки! Ничего, впредь умнее буду.
Но, хотя работники ничего не спрашивали, муж не преминул полюбопытствовать:
— Неужели и правда есть разница?
— Попробуешь — узнаешь, — ответила я.
Дождавшись, пока печь просохнет, для первого эксперимента я закоптила плотву, окуньков и лещей из реки и, убедившись, что все в порядке, повесила коптиться окорока, которые к этому времени как раз просолели. Холодное копчение таких больших кусков — дело небыстрое, и я не торопилась, давая мясу время и набраться ароматного дыма, и равномерно распределить внутри себя нужные вещества.
Запахи над коптильней витали непередаваемые. А может, мне это просто казалось, потому что я стала как-то чересчур остро их воспринимать. То меня чуть не стошнило от настоянной на водке гвоздики — скоро придет пора комаров, а потом слепней, и я собиралась промазывать этой настойкой оконные рамы и двери, да и работникам выдать для наружного применения.
То в одиночку чуть не уговорила полкаравая черного хлеба, так одуряюще он пах.
— Касаточка, да неужто скоро порадуешь? — спросила Марья, увидев, как я уплетаю квашеную капусту, которую следовало промыть, прежде чем отправить в бигос.
Я замерла с вилкой наперевес. Со всеми этими хлопотами совсем забыла заглядывать в календарь. Впрочем, он мало чем мне поможет — слишком недавно я здесь, не успела понять, насколько регулярно все было у моей предшественницы.
— Не знаю, — ответила я.
— Пока не знаю.
— Вот так всем и говори, — кивнула нянька. — Никто не знает — никто и не сглазит. А не обрадуешься раньше времени — не придется потом разочаровываться.
Но, похоже, запахи от коптильни казались аппетитными не мне одной.
— Я уже готов признать, что проиграл в том нашем пари, — заметил как-то Виктор. — Долго еще?
— Нет, — улыбнулась я. — Последняя закладка прогорит, и все. Потом дать остыть и неделю вывеситься в погребе, чтобы дозрело. Тогда можно пробовать и мясо, и рыбу.
Только мы ведь с тобой не заключили пари. А жаль.
Муж рассмеялся.
— Неделю! Я не удержусь и стащу из погреба хотя бы рыбу, попробовать."
"Он, может, и удержался бы, но Мотя, вернувшийся из княжеской усадьбы вместе со мной, принял его слова за руководство к действию, и на следующее утро муж обнаружил поверх одеяла копченую плотвичку со следами кошачьих зубов.
Глава 31
— Как я уже говорил, пахнет изумительно. — Виктор покрутил рыбешку.
