Томаш многозначительно посмотрел на неё, подразумевая, чтобы сама подумала, виновата ли, а Полина устроилась поудобнее, и постаралась ощутить свою энергию, случайно выпущенную на вольные хлеба.
Ощутила.
Подозвать обратно не получилось, как и рассеять, а вот рявкнуть и отправить прикрывать портал, удалось. Пусть там службу служит и заодно пакостит фантазёрам, раз уж стала такой свободолюбивой.
Какое-то время Полина и Нэт ехали молча, но так повелось, что долго не разговаривать они не могли. Начиналось всегда с вопросов Томаша, а потом он уже ехал и слушал, кивая в нужные моменты.
Ему нравилось её слушать. Полина всегда рассказывала эмоционально и к тому же интересно.
А Поля иногда ловила себя на мыслях, что похожа на героиню фильма «Любовь и голуби» Раису Захаровну, которая всё говорила, удивляла, открывала горизонты. Однако, эта ассоциация развеивалась, когда мужчина активно включался в диалог.
— Полина свет Аркадьевна, а что это вы ничего не делаете? Обычно вы в это время что-то режете, моете, месите… — неожиданно спросил мужчина, оборачиваясь к ней и с подозрением смотря на чистый стол.
Она насмешливо развела руки:
— Мне неудобно. Видите наклон? Всё же покатится на пол.
Увидев, как вытянулось лицо у генерала, Поля рассмеялась и мстительно припомнила сгоревший кристалл, а ещё то, что он не церемонился в выражениях по отношению к ней.
— Вы жестокая, — констатировал Томаш и гордо отвернулся.
Полина зашуршала бумажками, распаковывая свои сладкие запасы. Мужчина держался недолго. Он слышал, как девушка что-то куда-то насыпала, почуял приятный сладкий запах, потом хруст и даже причмокивания.
— Да гори оно всё! — воскликнул он и развернулся, с жадностью осматривая происходящее за его спиной. — Вы! — он смешно сжал губы, а Поля расхохоталась:
— Видели бы вы себя! — выдавила она.
— У вас тут столько вкусного, а у меня живот к спине прирос!
— Не может быть, — фыркнула девушка. — Мы все плотно позавтракали, а до обеда ещё пара часов.
— У меня заранее проснулось чувство голода, — он говорил медленно, следя за показательным поеданием сладких выпеченных сердечек.
Они даже на вид были потрясающе вкусными, что уж говорить, когда их ела очаровательная девушка с таким аппетитом.
А Поля опускала ложечку в глиняный горшочек, аккуратно черпала малиновый джем и переносила его на печенюшку, чтобы, прикрыв глаза от избытка удовольствия, съесть её, запивая молоком.
— Вы издеваетесь надо мной, — констатировал Томаш и требовательно протянул руку.
