Эльфам же как-то вдруг вспомнилось, что не просто так этот человек получил прозвище Кровавая смерть и не зря его считают одним из сильнейших магов огня; и что на территории резиденции сейчас нет ни одного эльфа, который смог бы противостоять этому воину.
Сам же Нэт отчаянно сомневался в том, что делает, хотя Полина философски отметила бы в свойственной ей смешливой манере, что поздно тискать в руках лечебные артефакты, когда почки отвалились."
"И верно, поздно грозить сжечь весь лес магией, если самому при любом раскладе уже не выбраться отсюда.
Да и угроза так себе… воинов мало, а жечь обывателей… И всё же, умереть в бою с честью было бы предпочтительнее, чем орать под пытками… а они будут… сейчас эльфам плевать на подписанные договоры с королевством Георга, да и кто виноват, что парочка самонадеянных людей очутилась на чужой земле?
Вот то-то и оно! Дурацкий план и дурацкая ситуация, а за ней придёт дурацкая смерть…
Баронесса зашевелилась, пытаясь повернуться на другой бок в его руках, и Нэт горько рассмеялся.
Такая рассудительная девушка, такая разумница, а как отчебучит что-нибудь, только диву даёшься.
Интересно, что она увидела перед тем, как упала? И ведь это что-то важное, раз на неё как-то воздействовали! Не просто так сработал кулон!
Куда она смотрела?
Повсюду был народ, все перемещались, тянулись вперёд, но она смотрела левее… там было спокойно… стояли какие-то ужасно важные эльфы с косами до колен и словно бы их ничего не касалось.
Чем они привлекли неугомонную баронессу?
Томаш следовал за стражами, спустился на подземные этажи и, чуточку затормозив перед входом в каменный мешок, всё же шагнул в него. Тишина оглушила и дезориентировала, внутри всё похолодело. Такой эффект давали стены из особого антимагического камня.
— Не боитесь сломать свой бесценный артефакт? — хмыкнул он, подбородком показывая на хрустальную каплю.
— Вы здесь ненадолго, — буркнул сопровождавший их Фарион.
— Ну-ну, — безразлично ответил Томаш и бережно положил Полину на скамью, устраиваясь рядом.
Дверь захлопнулась, отрезая его от всего мира — и исчезла. Теперь в камере было темно, тихо и безжизненно. Сначала каменные стены потянут из тела магию, а потом жизнь. Жутковато, но… Полина потянулась, прижалась покрепче и засопела, напрочь прогоняя убийственную атмосферу, которая свела с ума не одного пленника.
