— Тогда посоветуйте, у кого из сельчан я могу переночевать, — не отставала уставшая и оголодавшая Полина. Она старалась вести себя уверено, как сделала бы это магичка.
— Госпожа Фокина? Или к вам теперь обращаться госпожа Скалистая?
— Генерал Томаш? Вы здесь? — она смотрела на него, широко раскрыв глаза — и чувствовала себя жалкой. Он был как всегда великолепен, а она вновь в нелепой ситуации и выглядит, да и пахнет не ахти как хорошо.
Он смотрел с усмешкой матерого пса на щенка, у которого разъезжаются лапы при попытке идти.
— Комнату госпоже! — слегка повернув голову, приказал он трактирщику.
— Э-э, конечно, — поклонился хозяин заведения, и Полина с возмущением посмотрела на него. Она тут спрашивала даже о клетушке, и он ей отказал, а генералу даже не вякнул против.
— Едете на свои земли? — вежливо спросил генерал, с интересом разглядывая её.
— Нет, я уже возвращаюсь.
— Я слышал, что вы издалека и возвращаться вам некуда, — он требовательно уставился на неё, ожидая объяснений, и Полина вынуждена была уточнить:
— Я в город… то есть не совсем.
Там поблизости у меня остались вещи.
Она старательно демонстрировала полное равнодушие и избегала прямого взгляда на генерала, сердясь на его дотошность и чувствуя себя некомфортно рядом с ним. Он подавлял её во всём, и ощущение мелкой сошки не отпускало, а это не самые лучшие чувства.
— Нэт! — послышался женский требовательный зов, и генерал резко развернулся.
По лестнице спускалась юная красавица, успевая окидывать раздражённым взглядом вылупившихся на неё посетителей трактира и негодующе испепелять молодого мужа.
«Ах он, такой-сякой, — продублировала про себя её мысли Полина, — оставил меня в этом гадюшнике, а сам…»"
"Вот тут бы Поле уйти поскорее, так как местечковая княжна перевела взгляд на неё и, изогнув губы в немыслимой ломаной линии, умудрилась выразить недоумение, потрясение дурновкусием мужа и одновременно мелькнувшей мыслью вроде той, что голубые глаза незнакомки всё-таки могли привлечь её дорогого муженька.
Полина вопросительно перевела взгляд на трактирщика и он, почуяв неприятности, показал жестом, чтобы госпожа следовала за ним.
Самым неприятным было то, что юная супруга Томаша осталась стоять на ступеньках, взирая на всех сверху, а хозяин трактира и Полина собирались подняться. Мужчина выжидающе покрутился внизу, надеясь, что знатная дама всё же спустится, но она застыла, не обращая внимания на проблемы трактирщика.
