Хозяйка собственного поместья

— Тогда позволю себе еще несколько недопустимых между людьми светскими вопросов. Есть ли в доме что-то ценное?

— Ничего, — пожала плечами я. — Поверенные кредиторов отца вынесли столовое серебро и мебель, чудом остался нетронутым письменный стол моей матери да книжные шкафы, такие старые, что никого не заинтересовали. — Подумав, я добавила: — Разве что драгоценности, подаренные мне мужем. Но, если верить Марье, «домовой» бродил по усадьбе уже полгода, а я вместе с украшениями появилась совсем недавно.

— Вы не допускаете возможности, что суеверная женщина могла принять за домового естественные звуки старого дома?

— Она много лет живет в этом доме и знает его.

Все же шаги трудно с чем-то спутать.

Неужели поиски в самом деле начались с моего возвращения в усадьбу? Тогда действительно могли искать драгоценности, пользуясь болезнью хозяйки дома и малочисленностью прислуги.

— Однако возможно.

— Но тогда зачем с таким упорством пытаться выжить меня из дома? Ведь я и все ценное заберу с собой.

— Возможно, Евгений Петрович искренне считает, что жизнь в старой усадьбе не пойдет вам на пользу. Я слышал, вы тяжело болели.

— Сейчас я совершенно здорова.

— В этом нет никаких сомнений, княгиня. Сейчас вы еще прекраснее, чем в нашу последнюю встречу, — улыбнулся исправник."

"Виктор, полуобернувшись, недовольно глянул на него. Я мысленно хихикнула, подавляя соблазн немного пофлиртовать, подразнивая мужа. Граф в самом деле был хорош, той жесткой мужской красотой, что отличала и Виктора.

— Где сейчас эти драгоценности? В семейном тайнике? — продолжал гнуть свою линию Стрельцов.

— Зачем нужны тайники, если магия может показать все, что скрыто? — не поняла я.

— Тайники делают, чтобы не вводить в соблазн чернь и случайных гостей, — улыбнулся урядник. — Магия действительно может показать все.

Но если так… «домовой» выходил из отцовского кабинета. И вполне мог искать тайник. Пропади оно все пропадом, все мои предположения рушатся!

— Я не пытаюсь убедить вас, что вы зря решили, будто в вашем доме ищут давно и преступник всерьез верит в клад.

Но я должен учитывать все возможности. В том числе и что кто-то забирался к вам всего лишь один раз, изба загорелась от небрежности пьяных работников, а желание Евгения Петровича отдать вас под опеку супруга — лишь способ вывезти вас из дома, плохо влияющего на ваше здоровье, и заодно сильнее сблизить вас.

— Тоже мне, семейный терапевт нашелся! — не удержалась я.