Хозяйка собственного поместья

— Императорской привилегии, которая разрешает что-то производить или продавать только тем, у кого она есть. Вроде откупа на продажу водки, — пояснил Виктор. — Правда, привилегии даются тем, кто придумал что-то новое. Обладатель привилегии может сам делать и продавать то, что он придумал, а может продавать рецепт или чертежи.

Патент! В этом мире существуют патенты! И авторские права!

— И как получить эту привилегию?

— Прошением на императорское имя, с обоснованием пользы для государства, — пожал плечами Виктор, точно речь шла о чем-то само собой разумеющемся.

— Вы хотите попросить привилегию на выработку сахара из свеклы себе?

— Нет, — улыбнулась я. — Как я уже сказала, слишком много расчетов, да и пользу для государства я обосновать не смогу. Так что занимайтесь этим сами, а я от души порадуюсь, если у вас получится.

В самом деле от души. Идея мало стоит без реализации, и если Виктор сможет ее реализовать — пусть действует. Зато будет у кого дешевый сахар купить на варенье.

— Кажется, я очень сильно недооценивал вас все эти годы, — задумчиво произнес он. — Я готов заплатить за рецепт независимо от того, сумею ли его реализовать.

Я пожала плечами. Стоит ли требовать денег за шкуру неубитого медведя?

— Это же не рецепт в чистом виде, может быть, у вас и не получится его доработать. Сойдемся на полутора тысячах штук кирпича.

Виктор моргнул.

— В дополнение к вашему обещанию купить мне в городе…

— Все что ваша душа пожелает, — кивнул он.

Улыбнулся. — Но я и так собирался купить вам кирпич. Кажется, вы всерьез собираетесь замахнуться на Летний дворец: не купить, так построить. Иначе зачем вам такая прорва кирпича?

Марья как раз начала убирать посуду, так что можно было уже перестать быть любезной.

— Прежде чем делиться с вами планами, я бы хотела сперва попробовать тоже получить привилегию. На технологию…

Брови Виктора взлетели на лоб, и я поспешно поправилась:

— На способ копчения мяса, который не портит вкуса.

И еще на один способ сохранения мяса, варений и солений.

Здесь знали квашение, мочение — по сути то же квашение, варили варенье, но о закрутках в нашем понимании не имели никакого представления. Осторожно порасспрашивав Марью, я выяснила, что тушенку, как и варенье почти в привычном мне виде, матушка Настеньки изобрела случайно — когда все мясо не влезло в большой чугунок и она разложила его в маленькие горшки да так, горячим, и закрыла.