Ещё и мужские руки собственнически скользили по мокрой спине, надавливая при этом на какие-то одному известные точки, после чего всё тело от макушки до пяток простреливало, нет, не от остеохондроза, а от удовольствия. Гарай чуть ослабил хватку только тогда, когда у меня уже начали подкашиваться ноги. Тяжело дыша, я вывернула правую руку и убрала прилипшие ко лбу, начавшие завиваться волосы. Следом раздалась звонкая пощёчина.
— За что?!
— А зачем?!
Хрустнув челюстью, чтобы поставить её на место, Гарай чуть склонил голову, чтобы наши глаза оказались на одном уровне:
— Потому что.
А вам не приходило в голову, госпожа Милó, что вы мне нравитесь?
— Шутить изволите? Тогда у вас довольно-таки странные способы проявления симпатии, учитывая все ваши предыдущие выходки. Так что лучше отпустите меня и исчезните. Не только с этой поляны, но и из Перекрестья вообще.
— Даже не подумаю. У меня ещё целых девять с половиной дней до отъезда.
— Чуть больше, сейчас ещё даже полдень не миновал, — на полном автомате поправила я демона, тут же прикусив язык.
— Тем более, — хмыкнул Гарай, проводя свободной рукой по моим волосам.
Голове сразу стало легко, да и купальник подозрительно быстро высох, как и одежда мужчины. Ведь я буквально только что могла прочувствовать каждый изгиб его потрясающего тела.
— А сразу так было сделать нельзя?
Гарай лукаво усмехнулся:
— А зачем было лишать себя такой удачно подвернувшейся возможности прикоснуться к прекрасному?
Вот же... демон! Кому, как не мне, знать, как моё «прекрасное» реагирует на подобные «раздражители», особенно в мокром белье? И пусть я «сяду», но убью этого засранца!
Проникновенный, чуть с хрипотцой, шёпот коснулся моего уха:
— У вас такой вид, госпожа Милó, словно мысленно вы меня уже расчленили и прикопали под соседним кустом.
Люблю страстных женщин: никогда не знаешь, чего от них ожидать, и это интригует.
— Могу пачку японских кроссвордов подарить: там тоже до конца непонятно, что зашифровано. Как раз и голову, и руки займёте надолго.
Гарантирую.
— А как же остальное? — блеснул глазами Гарай, проводя указательным пальцем вдоль моего позвоночника.
— А остальное у вас затечёт настолько, что даже о нём не вспомните!
Как только не повалились ближайшие деревья от его хохота — не знаю, у меня так в обоих ушах знатно засвербело.
— Госпожа Милó, вы просто неподражаемы: у вас всегда найдётся на всё ответ. Но и я не привык отступать. Поговорим?
Глава 58.
