Пол, естественно, не слуга.
Страший эльф побагровел так, разве что едва пар из ушей не пошёл, а затем швырнул кошель на стол:
— Без сдачи.
— Приятного аппетита, господа! — я сунула кошель в «швейцарский банк» и, забрав подносы, удалилась на кухню.
Стоило мне появиться в дверях, как у Савáна выпала швабра из рук. Покосившись на мою тень, он пригладил стоящую на затылке шерсть и спросил:
— Сколько мы должны теперь высшему?
Я сложила на правой руке большой палец с указательным.
— Шесть тысяч?!
Тьфу. Забыла остальные пальцы убрать.
Действительно, получился не «ноль» и даже не знак «ок», а шестёрка.
— Ничего не должны. Они заплатили за обед. И даже забыли про свои претензии насчёт чистоты в таверне.
У Савáна правый глаз дёрнулся:
— Но как?!
Я вытащила из декольте кошель:
— Всего лишь цунами женской неотразимости с капелькой человеческой наглости. Нет у меня пиетета перед этими ушастыми. Моя таверна — мои правила. Таверночка, мы же не любим, когда нас обижают?
В ответ занавески на окнах перекрутились между собой, изображая «перекрещенные руки».
— Красавица моя! Давай ты сейчас отполированный пол изобразишь, а я вечерком его средством с липовым запахом помою?
Судя по двойному грохоту, раздавшемуся примерно через час, даже в эльфийских жилищах полы настолько гладко не натирались перед балами. А крыльцо так вообще ни разу не шлифовалось. Мы с Савáном осторожно выглянули в зал, только когда ругающиеся эльфы скрылись в лесу. Аккуратно потрогали пол и, убедившись, что доски снова стали обычными, забрали грязную посуду.
На стене возле входной двери появился деревянный щит, поделенный пополам. В верхней части уже стояло две чёрточки, а ещё две выжигались прямо на наших глазах в нижней.
Глава 27. Сломала
Как только огонёк дошёл до конца последней чёрточки, наверху загрохотала почтовая шкатулка.
— Интересно, это там беснуется уведомление от высшего о том, что нам теперь не жить или всё-таки поздравление с успешным прохождением первой проверки? — задумчиво произнёс Савáн, переводя взгляд с щита на второй этаж.
Реакция слуги меня повергла в шоковое состояние:
— А истерика будет?
Чёртик как-то неоднозначно повёл плечом, а затем, оттопырив ухо, прислушался к непрекращающемуся грохоту:
— Нет. Думаю, что точно нет. Мне кажется, что за последние дни я «набоялся» на две жизни вперёд.
Теперь настала моя очередь впадать в ступор. Слишком резким и неожиданным оказался переход от вечно пугающегося и наводящего панику Савáна к Савáну-пофигисту.
