Поэтому вампирчик быстро сгонял в свою комнату за плащом и с некотрой настороженностью наблюдал, как Савáн вынес на крыльцо штыковую лопату.
Лес мы преодолели достаточно быстро и даже без лишних приключений, а вот приблизившись к болоту, синхронно оторопели, увидев заливающуюся слезами полупрозрачную деву зеленоватого оттенка.
Девушку я точно видела впервые в жизни, но было в ней что-то знакомое. Посетительниц с таким оригинальным колером в моей таверне не появлялось, иначе запомнила бы, не говоря уже о голосе.
О, нет! Он даже близко не напоминал чарующие переливы легендарных сирен, о которых я читала в детстве в книгах, посвящённых мифам древнего мира, и приводивший моряков в исступление настолько, что те напрочь сбивались с курса. Как проложенного штурманом, так и морально-этического. Отнюдь. Именно эта девица издавала звуки, заставившие покинуть нас посреди ночи свои уютные постели. Как так можно виртуозно одновременно рыдать и выть — для меня осталось загадкой. Судя по вытянувшимся физиономиям моих спутников, те же мысли посещали и их.
И всё-таки... Где же я встречала эту зеленушку? Странная «царевна Несмеяна» тем временем продолжала свой «моно-концерт не по заявкам», заламывая ручки над каким-то холмиком.
Венечка с Савáном как-то странно вытаращились, вглядываясь во тьму, а затем переглянулись.
— Госпожа Милó... Там... Это... — ткнул вперёд пальцем чёртик, но договорить не успел, так как девица резко обернулась и снова завыла.
— Поооаааамаааагииииии...
Ёкарный бабай, от такой просьбы о помощи хотелось в лучших традициях женских любовных романов громко взвизгнуть и, подхватив юбки, умчаться подальше, чтобы схорониться получше, а затем ждать, когда нарисуется подходящий принц и спасёт.
Но я и тут в каноны не влезла, так же как в выпускное платье накануне встречи с бывшими одноклассниками по поводу юбилейной годовщины окончания школы. Во-первых, от моего зычного взвизга полегли бы ближайшие деревья, а их мне было жалко. Во-вторых, платья и юбки остались в таверне, ведь по привычке я натянула джинсы, как обычно делала, направляясь в лес.
Полупрозрачная фигурка снова обернулась и уже более чётко взмолила о помощи, указывая себе под ноги.
— Чем помочь-то? Холмик окопать или, наоборот, срыть? Тогда это удачно с собой лопату захватили..."
"Миловидное лицо девушки тут же скривилось, словно от боли, а из глаз вместо прозрачных слёз зазмеились чёрные дорожки. И тут у её ног холм шевельнулся...
