И тут начался настоящий ад…
Потому что каждый встречный с ухмылкой интересовался моим самочувствием. Кто-то называл «пьянчужкой» или «любительницей винных паров». А мне было безумно стыдно, потому что работники с удовольствием рассказывали, что вчера происходило. Как меня, упирающуюся, горланящую песни тащил Дори. Как я брыкалась и пыталась вырваться, а ещё предлагала всем спеть про какую-то Катюшу…
В общем, это было настоящее фиаско.
Весь этот день я работала, не понимая головы, стараясь скрыться в тени, когда кто-то проходил мимо.
Но, к счастью, через пару дней весельчаки устали надо мной измываться и нашли себе новую тему для шуток. Только дядюшка иногда глядел на меня смеющимися глазами, но губы ни разу даже не дрогнули в улыбке. Поэтому и обижаться у меня не было причины.
А потом наступила пора сбора винограда, и все стали необычайно серьёзными.
В назначенный день все работники шато собрались перед домом на рассвете. Меня тоже подняли в несусветную рань и нарядили как работницу, добавив к простой юбке и блузке яркий жилет.
Синьор Портэлл вышел одетый точно так же – в простую льняную рубаху, темные штаны и сапоги. За ним шла я, а за мной – все слуги, включая экономку. На сбор винограда выходили даже дети и дряхлые старики."
"Все стояли наготове с секаторами и корзинами в руках. Первую гроздь по традиции срезал синьор Портэлл. Он сказал короткую речь, прося солнце, землю, воду и ветер благословить урожай и будущее вино, потом взял свой личный секатор и направился к лозе. Я, как ближайшая помощница и ученица, держала корзину.
Едва золотистая гроздь упала на дно, все радостно загалдели и ринулись к лозе, торопясь собрать урожай.
Пожилые женщины и мужчины сидели на низких скамеечках возле деревянных корыт, в которые высыпали виноград. Их работой было отделять виноград от гроздей, одновременно выбрасывая гнилые плоды. Она работали дружно и даже пели.
Уже через час снятые с веток ягоды посыпались в широкий чан, потемневший от многолетних потеков виноградного сока. Про него дядюшка Одэлис рассказал мне подробно.
Чан был каменным, вытесанным в неведомые времена. Дно каменного бассейна имело уклон в одну сторону, там находился желоб, через который сок стекал в бочки.
Первый сок давили ногами. Дюжина красивых девушек, подоткнув юбки, тщательно мыла ноги в большом деревянном корыте. Потом юноши забросили их в чаны, и один из пожилых работников заиграл на скрипке. Взявшись за руки, девушки начали танцевать на гроздьях, напевая ритмичную песню.
