— Нечего тебе даже касаться этой гадости! Кабы не барина это была вещь, выбросила бы!
— Вот и положи чужое! — возмутилась я. — И хватит причинять мне добро, сама разберусь, чего касаться!
Она поджала губы, но положила ящик на стол. Я открыла его, ожидая увидеть как минимум непристойные картинки. Но на черном сукне лежала пара пистолетов.
Пистолеты! Здесь есть пистолеты, значит, я не останусь беззащитной!
Вот только выглядели они как на картинках про старинные дуэли. Изогнутая рукоять с гравированными накладками, длинный ствол.
Все, что я знала про такое оружие, — что его заряжали через дуло. Вот эта металлическая палка, лежащая в отдельном углублении, наверное, шомпол. Шарики в коробке, должно быть, пули. А зачем молоток? И сколько сыпать пороха?
Разочарованно вздохнув, я вернула ящик на стол. Не к Виктору же, в самом деле, на поклон идти! Марья-то мне точно в этом не помощница.
— Как ты вообще можешь такую дрянь в руках держать! Она батюшку твоего убила!
— Вот эти самые пистолеты?
— Тот урядник забрал, сказал, для следствия, — поджала губы нянька.
Тогда это вовсе никакая не гадость, а очень даже полезная вещь. Только надо разобраться, как с ним обходиться.
Я подошла к книжному шкафу у стены, но названия на корешках мне ничего не сказали. «Автобиография блохи» — вот о чем это может быть, спрашивается? Не сдержав любопытства, я раскрыла эту книгу и тут же захлопнула, пока нянюшка не заглянула мне через плечо да не сожгла этакое непотребство в печке. Просмотрела корешки других томов и не нашла никаких наставлений для детей и юношества, никаких кратких справочников.
Да и вообще книг было куда меньше, чем в будуаре.
В соседней комнате, «маленькой гостиной», их не было вообще, зато половину ее занимал стол, покрытый зеленым сукном. Потертым и засаленным. Была в доме и «большая гостиная». Она обнаружилась в мезонине, куда вела лестница из центра дома. Это было единственное помещение наверху. Судя по чехлам на диване и пуфиках и занавешенным зеркалам, большую гостиную открывали только по торжественным случаям.
Моя комната на первом этаже оказалась детской, с ней соседствовала классная комната. Ближе к парадному входу находились две комнаты для гостей.
Несмотря на относительную скромность размеров, дом выглядел просторным. Просторным и запущенным. Марья одна явно не справлялась с ним, и предпочла просто запереть ненужные комнаты. Обжитой и чистой казалось только кухня, в которой Марья и спала на большом сундуке.
