Хозяйка замка Эдвенч

Леди Босуорт, миловидная, но какая-то нервная, без конца ругающая прислугу, и жалующаяся гостям на неурожайный год, определила опытную горничную для присмотра за больным.

Травница, как водится, пожилая и солидная телом, тетушка Мона морщилась, глядя на задыхающегося от кашля капитана. Сварила несколько микстур и велела давать по стакану до еды, не меньше пяти раз в день.

-- Чем больше выпьете, пресветлый лорд, тем оно вернее будет. А которая погуще в другой посудине, ту только утром и вечером давать. А в плошке мазь - это натирать на ночь…

Стронгер кривился, но пил, каждый раз не забывая добавить:

-- Мерзкое пойло, Генри.

Выглядел он отвратительно: не только сильно кашлял и то горел от жара, то стучал зубами в ознобе, но и казался сильно похудевшим и обессиленным. Лорд Хоггер дважды в день заходил проведать друга, но тот решительно гнал его из комнаты:

-- Ступай, Генри. Нечего тут… -- и отворачивался к стене.

На шестой день жар у него спал, так что это пойло помогло, но для верности решили выждать еще несколько дней.

-- Он слабый сейчас, как ягненок новорожденный, – пояснила травница. – Ежли не поберечься, помереть можно. Так что в тепле пущай сидит еще хоть недельку."

"Хозяин решил устроить для скучающего гостя охоту. Съездили удачно, привезя на телеге шесть волчьих тушь. Довольный барон пообещал прислать одну из них в подарок лорду Хоггеру, как только мастеровые выделают.

Казалось бы, что в этом такого? Гость оказался весьма умелым охотником, и помощь его была совсем не лишней.

Разговор, который подслушал Генри, вовсе не предназначался для его ушей. Тем неприятнее было ему слышать беседу хозяина замка и его жены. Леди не стеснялась в выражениях, обвиняя мужа, что он принял под свой кров и повесил ей на шею каких-то приблудных нищих:

-- …да если бы я знала, что муж так и будет стараться меня по миру пустить, я бы и не подумала выходить за тебя!

-- Дорогая, но ведь лорд Хоггер оплатил еду и дрова.

-- Да только благодаря мне в нашем доме есть хоть какая-то еда! Если бы не приданое мое, ты бы всю жизнь в нищете прожил! Я тут стараюсь, каждую копейку берегу, а тебе бы только с гостями пьянствовать да добро раздавать! Видано ли дело, шкуру он дарит! Да за эту шкуру в Вольнорке любой заплатит, не глядя!..