После моей идеи с колхозом, Гелла уже представляла масштабы и счастливо кивает.
— Не подведу, госпожа графиня вас! Жизнью клянусь!
Вот и отлично. Землю Гелла любит, и этому можно верить.
Наконец, ещё не совсем поздним вечером мы всё-таки добираемся до Расторга.
Городок с множеством домов и людей, деловито сновавших туда-сюда по узким улицам, освещённых факелами, кажется мне милым. Но потом из открытых дверей таверн в нос ударяют запахи чего-то прокисшего, протухлого.
Чем глубже удаляемся в город, тем отчётливее становится вонь.
И я понимаю, что готова снова заночевать в лесу, чем тут…
Спрашиваю совета у спутников, где нам заночевать, чтоб было чисто, сухо, да не воняло.
Завязывается оживлённый спор, где нам остановиться. Эрдан говорит, что он знает один постоялый двор, который нам вполне подойдёт, но Керуш и слышать об этом не хочет. Он говорит, что графине не понравится соседство с клопами.
Клопы?!
— Нет. Там где клопы точно не остановимся, — заявляю категорично.
— Раз такой умный, — хмыкает Эрдан, — то сам предлагай.
— Обитель при храме Святого Инмария. Там живут монахини. У них чисто и сухо.
— Но нет достойных роскошных условий для госпожи графини, — возмущается Эрдан.
Да для меня сейчас всё роскошь, что не на земле.
— Если там чисто, то пойдёт и обитель. Главное, чтобы нас приняли, а не погнали взашей, — вздыхаю устало.
— Вы графиня. Для вас любые двери открыты, — улыбается Керуш.
Ну что ж, вот сейчас и проверим.
— Веди, — даю ему согласие.
* * *Наконец, измученные физически, мы подъезжаем на своих спотыкающихся от усталости конях к воротам обители.
Эрдан стучит в ворота, да так сильно, что, кажется, будто гром грохочет.
Вскоре решётка на воротах открывается и взволнованный женский голос спрашивает:
— Кто?!
— Её Сиятельство госпожа графиня Ретель-Бор со свитой! Просит милостиво послушниц обители дать ей и её людям кров на время пребывания в Расторге.
Решётка захлопнулась и вскоре ворота чуть приоткрылись.
Выходит женщина и глядит прямо на меня — уставшую, грязную, мятую, явно конкретно не похожую на Сиятельство, скорее на Грязьятельство.
— Наш дом — ваш дом, госпожа графиня, — говорит женщина и с помощью послушниц открывает ворота.
Обитель действительно оказывается очень скромным местом, но зато чистым.
И, о чудо! Бочка горячей воды! Да здравствует чистота и крепкий сон!
* * *Изабель Ретель-Бор
— Хорошо ли спалось Её Сиятельству? — интересуется настоятельница обители.
