Мастера, что трудились до седьмого пота каждый божий день и слушали мои причитания, недовольства, молчали, когда выносила им мозг, прыгали от радости и кричали так рьяно и счастливо, как даже на рождение детей не радовались. Ещё бы, стекло… А потом зеркала.
Маркуса и Антония я тоже порядком заклевала. Конечно, зеркала — это вам не металл начищенный и не серебро. Отражение такое, словно двойника видишь. Дико, страшно, но так захватывающе интересно.
Антоний взял на себя ношу донести до всех, что зеркала безопасны и это не изделие из мира Тинария.
Пока он этот вопрос не решит, в промышленных масштабах зеркала не делаем, но зато обеспечили ими всех себя в замке, а кто-то из деревень оплатой за работу себе взял. У меня нынче в деревнях люди хорошо живут, зажиточно. Кто воровать сначала пытался — свои же на путь истинный и вернули, кому и слова оказалось достаточно, а кого и мордой по земле пришлось повалять, да пару рёбер пересчитать.
В замке слюдяные оконницы заменялись на стеклянные.
Я кривилась, видя их несовершенства, а остальные замирали от восторга.
Стеклянная посуда — второй этап, которым озадачила мастеров. Но те уже знали, что смогут. Однозначно смогут.
Керуш продвинулся в изучениях природы человеческого тела. Когда я поделилась своими скудными знаниями в области медицины, он и то был поражён, насколько многого не знает. Но благодаря моему разрешению изучать человека после смерти (после звонкого согласования с родственниками), он уже мог однозначно излечить многие болезни, которые до сих пор не знали, как хотя бы ослабить.
Всё-таки быть магом ещё не значит, что ты что-то сможешь. Для целителя важно знать, как работает человеческое тело изнутри, ка проходят его процессы, дабы можно было диагностировать, а потом уж и лечить недуг.
Керуш осознал силу диагностики. Оказывается важно не просто лечить, а ещё знать, что ты лечишь!
Эх, средние века, они такие порой дикие…
Но вернусь к быту.
Мастера по дереву тоже многое сделали для замка и людей. Новая мебель, более нарядная и лёгкая. Уродливые лавки заменялись креслами и стульями с резьбой виртуозной и обтягивались объёмными подушками, дабы седалищу мягонько было.
Ляпота. Астер, когда видел результат трудов моих, точнее не моих… вы поняли, осыпал меня такими комплиментами и искренне восхищался моими талантами, знаниями и умом.
