Народу вроде и много, но в основном это женщины, дети, да старики. А вот с мужчинами сложно.
— Война, — понимаю я.
— Чистая правда, — говорит Элен. — Не мужские деревни в графстве — женские.
Прошла война по мужской половине королевства, будто коса по полю. Получила она своё сполна.
Да и молодые ребята всё чаще уходить из деревень стали. Не военные ветра уже уносят мужчин. Нужны мужчинам эти нищие деревни. Любые открыты дороги, другие манят пути.
Слушаю я Омара, и всё тоскливее и тоскливее мне становится.
А сила любых земель в чём? В людях конечно — в сильных и молодых.
Без рук ничего не сделаешь.
Как ушедших вернуть обратно?
Задаю этот вопрос Омару с Элен.
Мамушка качает головой.
— Трудное это дело и сложное.
Я и сама это понимаю.
— Не интересно здесь в графстве, уж простите меня, госпожа графиня, — говорит Омар.
— Прощаю.
Понимаю я всё: работы нет, культуры никакой нет, даже храм и тот развален, дорог и тех нет, а дома — развалюхи. Рыба всегда, где глубже ищет.
Но разве повысишь графский доход, разве построишь мощёные улицы, да дороги и вместо прогнивших избёнок — добротные дома, если некому строить, мостить и доходы множить, если мало в деревнях рабочих рук?
Заколдованный прямо круг.
Значит, нужно вызвать интерес у тех, кто ещё остался, а также пораскинуть мозгами и подумать, чем бы заинтересовать людей, чтобы захотели тут жить и работать.
Боже! Где мне взять столько сил, чтобы всё это организовать и поднять?!
Глава 12
* * *Его Величество король Роланд Первый
«Ваше Величество, милостью Божией графиня Ретель-Бор шлёт вам низкий поклон.
Пишу вам из-за выпавших на меня несчастий. Происки недруга мужа моего графа Ретель-Бор, довели графство до страшного упадка. Меня саму, управляющий по имени Зерран пытался убить, применив ко мне свою магию, лишающую волю и внушил мысли дурные — свести счёты с жизнью. Но лишь милостью Инмария, я осталась жива."
"Но отныне есть у меня подозрения, что потеря моего ребёнка оказалась неслучайной.
Да и пропажа мужа моего графа Ретель-Бора тоже становится подозрительной. Хотя я продолжаю верить и усердно молиться, что муж мой жив и здоров и происки врагов оказались безуспешны.
Также, мне стало известно, что Зерран пытался убить и моего отца — вашего верного подданного бурграфа Конана Бертольда. Подсылал к нему отравителей и наёмников. Шлю отдельно вам копии писем, которые я нашла у Зеррана. Оригиналы покажу лишь Вам либо Вашему представителю.
