Потому что он снял свою дорожную одежду, и нарядился, как принц."
"Белоснежная сорочка с чёрной вышивкой, черный бархатный дублет с алой подкладкой, гофрированный кружевной воротник, серебряные литые пуговицы, цепь сложного плетения — не хватает только какой-нибудь круглой массивной штуки с символом рода ли, ещё с каким зверем или птицей. Ремень с серебряными накладками, туфли с серебряными пряжками. Те самые штаны ленточками — ленты тоже с алой подкладкой. И весь чёрный бархат — и штаны, и дублет, и шапочка — расшит мелкими жемчужинами.
Вошёл, снял шапку, поклонился.
— Дамы, если вы готовы — мы можем следовать в бальную залу. Госпожа Агнесса, вас ждет Астальдо. Госпожа Аттилия, вас тоже ждут, и их там, кажется, несколько. Уверяю вас, сегодня они будут вести себя как благородные люди и воспитанные маги, а не как вчера.
Агнесса испарилась, Тилечка подхватила платок и тоже убежала вниз, а Лизавета никак не могла найти в себе силы подняться на ноги и сделать шаг ему навстречу. Его лицо не выражало неудовольствия, но она-то видела себя в маленькое ручное зеркало, и понимала, как выглядит на фоне Тилечки и Крыски.
— Госпожа моя, что стряслось?
Нужно вставать и идти. И его ещё, наверное, спросят — что за пугало он выгуливает.
— Может быть, вы просто зайдёте за мной, когда придёт время отправляться в часовню? — спросила она.
— Значит, так. Представим, что я ваш друг, или брат, или духовник, и вы мне прямо сейчас рассказываете, что случилось.
Он сел рядом и взял её за руку. Как вчера.
— Да просто я оказалась совсем не готова к балу. Мне никто не сказал, что нужна какая-то нарядная одежда. Я подумала только о путешествии, а про бал и знать не знала.
— Вы часто бываете на балах? — спросил он.
— Никогда. Ну, то есть, у нас бывают праздники с танцами, но они совсем другие. А здесь — я и одеться не смогла, и танцевать не умею.
— Никогда что ли не танцевали? — удивился он.
— Почему, танцевала. И училась танцам. Но я не знаю, что здесь танцуют.
— Это несложно. Я вам покажу, и думаю, у вас получится.
Пойдёмте. На мой взгляд, вы прекрасны в любой одежде, госпожа моя. Вам не нужно как-то особо украшать себя, чтобы привлекать внимание и поражать воображение. Вы — гостья Ордена, и можете вообще никак не наряжаться, это не будет нарушением правил. На мой взгляд, вы отлично всё сделали. А от вашего лица и вовсе глаз не отвести, — он поднёс к губам её ничем не украшенную руку со спиленными под корень ногтями, и всё это — не сводя с неё глаз.
