— У него уже совсем седые волосы, — сказал Тарен, который никак не мог заставить себя поверить, что эти странные существа в самом деле говорили о его старом учителе. Мысль о том, что кто-то мог знать Даллбена младенцем с розовыми щечками и пухлыми пальчиками, не укладывалась у него в голове. — У него к тому же борода, — добавил он.
— Борода? — ахнула Ордду. — Что же малютка Даллбен делает с этой бородой? С чего это ему понадобилась такая забава? Такой очаровательный маленький головастик и вдруг — борода!
— Мы нашли его как-то утром на болоте, — сказала Орвен.
— Он целиком умещался в маленькую плетеную корзинку. Ах, это не передашь словами! Оргох, конечно…
Тут Оргох раздраженно фыркнула, и глазки ее сверкнули из-под капюшона.
— Будет тебе, дорогуша Оргох, не смотри так сердито, — сказала Ордду. — Здесь все свои. Мы вполне можем говорить о таких вещах. Ладно, надо пощадить чувства Оргох. Короче, она, с ее непомерной нежностью, готова была проглотить эту сладость. Не будем уточнять, в каком смысле.
Но мы его отстояли и принесли бедного неоперившегося птенчика в хижину.
— Он рос очень быстро, — вступила Орвен. — Не успели оглянуться, а он уже начал ходить и лопотать, даже выполнять простенькие поручения. Такой был добрый и ласковый. Настоящая радость. Так ты говоришь, он завел бороду? — Она покачала головой — Странная причуда. Где же он ее раздобыл?"
"— Да, он был восхитительным маленьким воробышком, — не унималась Ордду — Но потом, — продолжала она с печальной улыбкой, — произошел тот несчастный случай.
Мы как-то утром готовили некий травяной отвар. Некое особое варево.
— И Даллбен, — вступила Орвен, — милый маленький Даллбен помешивал булькающее варево в медном чайнике. Ах, эти милые заботы маленького помощника! Но когда чайник забулькал, вскипая, вода в нем забурлила и выплеснулась наружу…
— Она обожгла бедные пухлые пальчики, — не выдержала Ордду. — Но он не заплакал, совсем нет. Он просто сунул обваренные пальцы в рот, терпеливый наш маленький скворушка.
Капельки варева еще оставались на пальчиках, и он слизнул их и проглотил.
— Как только он это сделал, — пояснила Орвен, — он узнал ровно столько же, сколько знали мы. Это был колдовской отвар, понимаете? Эликсир мудрости.
— После этого, — подхватила Ордду, — не могло быть и речи оставить его здесь. Никогда бы уже не вернулись прежние времена. Нет, это было совершенно невозможно. Нельзя, чтобы человек знал так много и жил с нами под одной крышей.
