Он все откладывал, откладывал… И дотянул до появления того человека, о котором я и пришла рассказать.
– Я попробую догадаться. К вашему отцу пришел незнакомый юноша и сказал, что он его сын. Причем рожденный в законном браке.
– Как вы это узнали? – поразилась Нефедьева. – И что еще вам известно?
– Далеко не все. Юноша, явившийся к Александру Евгеньевичу, и был убитый впоследствии гимназист Михаил Обыденнов.
– И он не солгал? Он действительно мой кровный брат и законный сын папа?
– Этого мы пока не знаем.
Сам Обыденнов был в этом убежден. И достал какие-то бумаги, подтверждающие, как ему казалось, его слова. Мы полагаем, что кто-то принял гимназиста всерьез – и убил.
– По вашему, папа имеет к этому отношение?
– Извините, но… Ищи того, кому выгодно. А ему появление Обыденнова с претензиями на наследство было как нож острый.
– Да. Я постепенно это поняла. Папа хотел спасти меня, а погубил свою душу!
– Вы это наверное знаете?
– Он сам так сказал.
– Расскажите все по порядку и как можно подробнее.
– Этот юноша – Обыденнов, как вы сказали – появился у нас в доме неделю назад. Его провел к папа камердинер Ипатий. Он еще из дворовых. Очень старый и преданный, Ипатий – как член семьи. Я ничего не знала, но услышала из своей комнаты громкие голоса. Вышла, прислушалась: папа на кого-то кричит! Никогда еще не слышала такого его голоса! А другой голос, молодой и незнакомый, спорит с папа, и настойчиво. Без угрозы, а… с какой-то любовью.
Очень необычно! Я не могла понять, что это за беседа. Потом визитер ушел, а папа долго отказывался видеться со мной. Заперся и о чем-то думал. Уже под вечер вышел – на нем лица не было… И он сказал: «Варвара, случилась страшная вещь. Не спрашивай меня ни о чем. Нашему благополучию явилась неожиданная угроза. Тебе нужно как можно быстрее стать удочеренной моим братом. Как можно быстрее! А я устраню эту угрозу».
– И все? Ваш отец не объяснил вам, что это за угроза?
– В этот раз нет.
На другой день приехал дядя Евдоким, и они принялись вдвоем совещаться. И вдруг появился третий.
– Кто?
– Я не знаю. Опять я только слышала голос. Тоже молодой, но какой-то… чугунный. Вкрадчивый. И убеждающий. Неприятный голос. Я разобрала лишь одну фразу.
– Вспомните ее дословно!
– «С вас по пятьдесят тысяч с каждого, и все решится быстро».
– Та-а-к… Понимаю…"
"– Я испугалась и убежала, не дослушав. А вечером папа снова пришел.
