Несколько раз она ярко вспыхивала, когда в нее с той стороны врезались спустившиеся прощупать почву «зеленые тряпочки».
Мы с Элем сидели с двух сторон от дупла, прислонившись спинами к шероховатой коре дерева-исполина.
– Как думаешь, почему Хуранг вернул мне пектораль? – негромко спросил побратима я.
Но Эль лишь пожал плечами:
– Кто знает… – Немного помолчав, он добавил: – У тебя больше не было никаких видений?
– Нет, – отрицательно качнул головой я. – После того как Балар пообещал защитить меня от ночных «визитов» Окса, мне вообще перестали сниться сны.
Даже не знаю, хорошо это или плохо…
Воцарилось молчание, нарушаемое лишь тихим треском электрозащиты.
Через три оборота мы разбудили орков и отправились спать в дупло. Внутри неуловимо воняло чем-то кислым, но это не помешало мне моментально провалиться в сон. Впрочем, ненадолго.
Я открыл глаза, бессмысленно пялясь во тьму. Я лежал на спине, вжавшись плечом в полукруглую стенку дупла. Рядом мерно дышал Эль. Тело затекло от лежания в неудобной позе, но проснулся я не от этого.
Сердце глухо колотилось в груди, ладони покрылись противным липким потом. Надетый на палец левой руки перстень нагрелся и жег кожу. У меня возникло такое впечатление, что я в гробу и меня вот-вот закопают заживо.
Не в силах сопротивляться охватившей меня вдруг панике, я резко сел и посмотрел на руку. Вставленный в массивную оправу глум налился едва заметным серым светом. Я удивленно протер глаза кулаками и снова взглянул на кольцо. С каждой секундой свечение продолжало усиливаться, вместе с этим росла и температура самого перстня.
На дне глума обрисовался какой-то рисунок, но я был слишком занят, чтобы его разглядывать.
– Швар’тек! – беззвучно ругнулся я и попытался сорвать коварное украшение с пальца, но перстень словно приплавился к моему пальцу. – Что за…
Жжение стало таким, что я уже едва мог его терпеть, а свет усилился настолько, что заливал уже все убежище. Я вскочил на ноги и, споткнувшись об Эля, выскочил из дупла, словно побег мог как-то облегчить мои страдания.
– Швар’тек, швар’тек, швар’тек!.. – шипел я, силясь снять обжигающую цацку.
Снаружи нашего временного убежища царила абсолютная тьма, разгоняемая лишь сероватым свечением глума. Электрозащита Петавиуса пропала! Это до такой степени поразило меня, что на мгновение я даже забыл про боль. Я машинально сделал еще один шаг вперед и снова споткнулся. Опустив глаза, я увидел неподвижно лежащего на ветке Далара. Рядом с ним растянулся в нелепой позе Шактар.
