Ученики, до этого радостно обсуждавшие возможные подарки, бой снежками и катание на санках с горы, тут же испуганно притихли, Минерва нахмурилась, а Дамблдор, продолжая излучать внешнее радушие, чуть пригасил свою силу."
"Сейчас, будучи и сам далеко неслабым волшебником, Деймос осознал, насколько силен был директор Хогвартса. Он не считал нужным скрывать ослепительно-яркую ауру, воздействовавшую на всех без исключения. К нему тянулись дети, его уважали коллеги и боялись враги. В юности Гарри Поттер почти молился на этого человека, считая истиной в последней инстанции.
Теперь, по трезвом размышлении, нельзя было не признать наличия у Дамблдора и мудрости, и умения ладить с людьми, и даже глупо было отрицать искренность его стремления к победе над врагом. С точки зрения «на войне все средства хороши» Альбус был абсолютно прав, как и любой полководец, отправляющий солдат на смерть.
На фоне величайших свершений этого человека как-то забывалось, что солдаты долго и упорно готовились к войне, делая ее своей профессией осознанно, зная, на что они идут.
Он же, Гарри Джеймс Поттер, так и не простил кумиру своего детства ни предательства, ни чулана под лестницей, ни белых пятен в собственной родословной, ни разграбленного дома Блэков, в который многоуважаемый директор пригласил всякий сброд, непонятно каким правом руководствуясь. Теперь же к довольно длинному списку претензий прибавился еще Северус, вынужденный шпионить и рисковать, лгать, изворачиваться и убивать.
Его, Дамблдора, смерть Снейпу многие так и не простили, за глаза по-прежнему называя убийцей и предателем. Ну и так, по мелочи, вроде лжи о том, как Гарри Поттер выжил, и почему.
Северус величественно опустился на стул около подозрительно довольного блондина в темно-синей мантии и вполне благосклонно выслушал его восторги. Дамблдор что-то вещал, взорвал хлопушку, пристально оглядев зал и буквально на мгновение дольше задержавшись в том месте, где стоял Деймос.
«Чуешь, Альбус? Еще бы тебе не чуять.
Только вот ауру я спрятал, сознание очистил, а сквозь эту мантию не видит даже Госпожа, куда уж тебе. Помнится, ты как-то пытался меня убедить, что ты чуть ли не в соседней комнате мышь под плинтусом видишь через две стены. Но вот только врал ты, по-моему».
Пир начался, все веселились, а Деймос не сводил глаз с Северуса, с ужасом понимая, что этот смазливый блондинчик, так рьяно вьющийся вокруг него… совершенно точно не просто коллега.
