Одновременно Стратегическое авиационное командование (САК) ВВС США отдало приказ о переводе всех своих частей в положение «военная опасность», а Тактическое авиационное командование (ТАК) ВВС США определило 4 бомбардировочно-штурмовых эскадрильи для нанесения первого удара по Кубе.
Между тем в самом Вашингтоне прекрасно сознавали, что согласно международному праву любая блокада являлась актом войны, в то время как размещение ракет в Турции и ответное размещение таких же ракет на Кубе никаких соглашений не нарушало.
В результате США оказывались в роли агрессора, развязавшего войну, и в связи с этим обстоятельством в Вашингтоне возникли резонные опасения по поводу того, что эта акция США не встретит поддержки у штрокого мирового сообщества. Поэтому решение о введении блокады Кубы было вынесено на обсуждение Организации американских государств, которая, опираясь на «Пакт Рио», единогласно поддержала введение санкций против Кубы, но не в форме «блокады», а в виде «карантина», что означало не полное прекращение морского сообщения, а лишь запрет на поставки вооружений на остров Свободы.
К обеспечению этого «карантина» американская сторона привлекла 238 различных военных кораблей, в том числе 8 авианосцев, 2 крейсера, 118 эсминцев и 13 подводных лодок[789].
Вечером 22 октября госсекретарь Дин Раск вызвал посла А.Ф. Добрынина в Госдеп и передал ему личное послание Дж.
Кеннеди Н.С.Хрущёву, а также текст его обращения к американскому народу. В тот же день советский лидер собрал заседание Президиума ЦК, в повестке дня которого стоял вопрос «Об определении позиций по дальнейшим шагам в отношении Кубы и Берлина», но фактически обсуждался только кубинский вопрос. Судя по протокольным записям заведующего Общим отделом ЦК В.Н.Малина, все члены Президиума ЦК сошлись на том, что не надо торопиться с принятием новых решений до выступления президента США[790].
Вечером 22 октября 1962 года Дж. Кеннеди обратился к американскому народу с предельно лживым и полным алармистских нот выступлением, где заявил, что «внезапное, тайное и необъяснимое размещение коммунистических ракет за пределами советской территории является преднамеренным изменением статус-кво, которое абсолютно неприемлемо для нашей страны».
