На душе скребли кошки, и я в сотый раз пожалела, что утром смалодушничала и не выключила связной кристалл. Лучше бы вообще осталась без связи…
– Всего хорошего, леди Лисавэр! – пожелал охранник, едва я вышла из блока.
– И вам! – улыбнулась.
В коридоре было пусто и тихо. Я без проблем добралась до кабинета, но когда вошла внутрь, в нос ударил удушливый аромат роз. Цветы прислали утром и не только мне. Все целители, представленные к награде, получили одинаковые букеты.
Поставить их в пятом блоке было негде, и я попросила дежурную отнести цветы в мой кабинет.
Не думала, что за день комната настолько пропитается ароматом!
Обмахнувшись историями, подошла к окну и раскрыла его нараспашку. Дышать стало легче, но голова всё равно кружилась от слишком яркого запаха.
Кристалл снова завибрировал, напоминая о непрочитанных сообщениях. Собравшись с духом, я достала его из кармана и открыла весточку от императора:
– «Алория Марианна Каталина Лисавэр! До меня дошли странные и крайне неприятные слухи, – начало сообщения подтвердило самые страшные опасения, – надеюсь, это ложь и провокация.
Будь умницей, не разочаровывай меня».
Жёстко и в стиле императора… Для Алваро существовало только одно верное мнение – его собственное. С остальными он не считался.
Надежда померкла в один миг, на глаза навернулись слёзы. Мне не позволят разорвать помолвку, а Бран никогда не разрешит обучаться у Суареса.
Голова закружилась, я чудом дошла до диванчика и рухнула на краешек. Запах роз стал невыносимым, он сводил с ума, просачиваясь в каждую клеточку, а крылья жгло огнём.
Магия фэйри предупреждала о приближающейся опасности, но меня будто парализовало. Кристалл выскользнул из ослабевших пальцев.
Последнее, что я увидела, прежде чем потерять сознание, была странная тень, мелькнувшая в зеркале напротив.
Длинная, неестественно тонкая и пляшущая как пламя свечи. Она меньше всего походила на человеческую и с каждой секундой становилась всё больше, заполняя комнату.
Происходящее казалось страшным сном.
Я не сразу поняла, что до сих пор нахожусь в сознании, но не могу ни пошевелиться, ни позвать на помощь. Оставалось только испуганно смотреть, как очертания кабинета расплываются, а из зеркальной глади выползает воплощение моих кошмаров. Наполовину огромный богомол, наполовину обнажённый мужчина.
Охотник…
– Тс-с-ш-ш! – звенящую тишину разорвал низкий, стрекочущий звук.
Тварь потёрла передние лапки друг о друга и вскинула голову, прислушиваясь.
