Услышав за спиной неразличимое бормотание, я оглянулась. Папа что-то говорил Леше, отчего я вмиг насторожилась. После Леша кивнул и последовал за мной. Я с трудом сдержала себя от того, чтобы сразу перейти к расспросу.
Пока я витала в раздумьях, Леша открыл для меня дверь своей машины, усадил на пассажирское сиденье и сам оказался внутри. Он протянул руку, обхватил мою челюсть и нежно поцеловал, после чего нежно прошептал “доброе утро”. Я улыбнулась ему, но Леша не сделал того же в ответ, хотя его глаза и заметно потеплели.
— Что сказал папа? — спросила я, когда он завел машину и тронулся с места.
Он взглянул на меня на короткую секунду, прежде чем вернул свое внимание к дороге.
— Твой папа сказал, что сам заберет тебя из универа, — сказал он.
— Что? Почему? — воскликнула я, удивленно и возмущенно.
— Сказал, что у вас на сегодня запланирован ужин в ресторане сразу после твоих пар.
Но он был запланирован на среду! Я прикусила внутреннюю сторону щек от обиды. Только не сегодня! Я так надеялась, что мы с Лешей сегодня проведем время вместе после универа.
И я даже поняла, почему папа так внезапно изменил планы. Он собирался выпытать у меня подробности разбитых костяшек Леши. Я была уверена в этом.
— Забыла? — спросил Леша.
— Д-да… — тяжко вздохнула я. — Наверное, да.
Леша взглянул на меня, а затем взял мою руку в свою и принялся поглаживать ладонь большим пальцем. Горло свело судорогой и я с трудом сглотнула.
Я солгу. Закрыв глаза, я откинула голову на спинку автомобильного сиденья.
Мне придется солгать папе.
Мне совершенно не нравилось лгать родителям, я в принципе не любила лгать. И мне однозначно не нравилось то, что я становилась ею… Девушкой, готовой на все ради своего парня. Раньше я таких презирала, ведь они позволяли своему миру вращаться вокруг одного единственного парня, они совершали глупости во имя этой любви."
"Теперь, сама того не ведая, я медленно становилась одной из них.
Леша был погружен в свои мысли, пока вел машину.
Я же молча смотрела в окно, погруженная в свои внутренние переживания. Когда мы подъехали к универу, я вздохнула с облегчением, увидев, что не опоздала.
Я уже открыла дверь, когда зазвонил телефон Леши. Его глаза заметно потемнели, а тело напряглось. Он поднес телефон к уху, а я вышла из машины, зная, что ему нужно было уединиться. Спустя какое-то время, не выдержав, я заглянула внутрь и обомлела. Спокойный до этого момента Леша — теперь был сильно зол.
