Она даже не пыталась отстраниться от боли, которую, как я знал, причинял ей.
Она обхватила мои бедра своими ногами и приподнялась, чтобы принять меня глубже.
— Остановись, Ксюша. Я не хочу причинить тебе боль.
Но она не прекращала двигаться.
Я хотел быть нежным, но она не позволила."
"Блять, она была горячей. Моя тихоня Ксюша была горячей и нетерпеливой.
— Черт, — простонал я, выходя и снова входя в нее. — Держись крепче, Ксюша.
— Да-а, — вздохнула она. — О, Боже, да…
Я раскрыл ее губы своими и скользнул внутрь языком, двигая им в такт своим толчкам.
Ксюша не выдержала и начала посасывать его. Она резко втянула воздух, когда мой большой палец скользнул по ее твердому соску. В ответ она еще глубже втянула мой язык в свой рот.
Мы одновременно застонали и борьба за ""медленно, нежно и непринужденно"" была проиграна.
Тогда я начал толкаться быстрее, с растущей потребностью и силой, и, просунув руку между нашими телами, я принялся натирать ее клитор, возбуждая Ксюшу до предела. Я продолжал двигаться в ней, пока она не начала извиваться в моих объятиях, пока не прильнула ко мне, издавая гортанные сексуальные стоны.
Внезапно она вся напряглась и, вскрикнув, снова кончила. Я накрыл ее губы своими, заставляя замолчать, потому что она была чертовски громкой.
Я продолжал входить в нее, все глубже и глубже. Затем мои бедра прижались к ее бедрам вплотную и я застонал в ее губы, находя свое удовлетворение.
Бля-я-ять…
Я рухнул на нее, выдыхая ее имя. Почти сразу же ее губы оторвались от моих, скользнули по моей щеке, и я услышал ее тяжелое дыхание у своего уха.
Ей потребовалось несколько минут, чтобы перестать дрожать и сделать нормальный вдох.
Медленно приподняв голову, я оперся на локти и посмотрел на нее. Когда она отвернула голову, я взял ее за подбородок и заставил встретиться со мной взглядом.
— Что это? — спросил я поддразняивающе, когда она начала краснеть. — Ты не можешь стесняться меня после такого.
Она закрыла лицо руками.
Как, блять, она могла смущаться после такого?
Усмехнувшись, я встал с кровати, чтобы выбросить презерватив и принести ей влажную салфетку.
Ксюша запротестовала и сказала, что сделает это сама, но я настоял на своем. Я принялся осторожно вытирать кровь у нее между ног и, хотя вид ее обнаженных складочек снова возбудил меня, я продолжил делать свое дело без посторонней инициативы.
Закончив, я лег на бок рядом с ней и накрыл нас одеялом. Я обнял ее за талию и притянул к себе.
Затем я вдруг услышал, как она всхлипнула.
