— На улице? На холоде? — парировала она мои слова таким тоном, будто сочла меня чокнутую. — Ксюша, заходи внутрь, а то еще заболеешь.
На самом деле, я неспроста решила мерзнуть на улице. Но это было всяко лучше, чем слышать перешептывания студентов и слышать их презрительные слова в мой адрес.
— Иди в библиотеку читать.
Нарушить концентрацию всех, кто там находился, и увидеть их плохо скрытое презрение? Нет, спасибо.
— Или пойдем хотя бы со мной, — когда я так ничего и не ответила, Ульяна спросила: — Ксюша, ты меня слышала?
Я вздохнула и посмотрела на нее снизу-вверх.
— Да, Уля, я слышала. Но я хочу побыть здесь, на свежем воздухе. И мне совсем не холодно, — но тут на нас подул холодный ветерок и по телу пробежала неконтролируемая дрожь. Тогда на ее лице появилось четкое сомнение в моих словах. — Мне правда не холодно.
Она закатила глаза, схватила за руку и оторвала от полюбившейся скамейки. Я попыталась воспротивиться, но сдалась, когда она усилила свою хватку. Я позволила Уле тащить меня за собой, потому что была физически и эмоционально истощена.
После всех тех ужасных вещей, которые я услышала сегодня утром, было трудно продолжать притворяться, что я непроницаема, безразлична и равнодушна.
Уля привела меня к кабинету студенческого комитета, доступ к которому имели только представители универа. Она втащила меня внутрь и закрыла за собой дверь. Я же стала изучать пространство, в котором оказалась впервые. Комната служила некой базой для представителей каждой группы. Судя по кипам папок и файлов, которыми были устланы все столы и стеллажи, они, должно быть, были очень занятыми студентами, хотя в данный момент внутри никого не было.
— Что она здесь делает?
Я резко обернулась и тут же напряглась. Внутри все-таки кто-то был. Таня сидела за столом, заваленном кипами бумаг, и хмуро смотрела в мою сторону.
О-о-о не-е-ет…
Затем она перевела свой хмурый взгляд на Ульяну.
— Ты сказала, что будешь здесь, поэтому я и пришла, — Уля взяла стул, приставила его за стол Тани и жестом пригласила меня занять соседнее от нее место.
Мускулы на лице Тани стали подрагивать от недовольства.
— А она?
— Ты сказала, что тебе нужна помощь в выполнении скучных заданий для студсовета, — сказала Уля, взяв стопку бумаг и пододвинув ее ко мне. — Она — твоя помощь.
Я тяжело сглотнула и почувствовала, как мои плечи сникли.
И судя по взгляду, которым Таня одарила Ульяну, она была крайне возмущена. Если бы взглядом можно было убить, Уля была бы уже мертва.
