Так же, как и голова, которая, судя по всему, давно перестала соображать, раз я, как голодная кошка, кусала пересохшие губы, довольствуясь грязными фантазиями с участием этого монстра…
Нет, Катя, нет…
Зажмурилась, отведя бедра назад, и стиснула упругую кожу внизу живота, стараясь избавиться от агонии, загасить эти аномальные реакции тела…
– Катюша.
Резко развернулась, врезаясь в обнаженную мужскую грудь, разукрашенную витиеватыми узорами. От шока я дернула рукой, свалив со стеклянной полки все бутылочки. Я смотрела на него и не дышала.
Набрала полные легкие воздуха, но так и не смогла сделать вдох.
– Я всего лишь прилег отдохнуть на твоем диванчике. Кажется, мое появление как нельзя кстати? – ухмыльнулся, бесстыдно поедая мое обнаженное тело глазами.
– Ты… ты… – я начала задыхаться, потому что Алик склонился надо мной, притягивая к себе за бедра.
Воздух в душевой кабине загустел, сделавшись тяжелым и липким, как и его взгляд, блуждающий по бледно-розовым ореолам моей налитой возбуждением груди.
– А ведь я хотел, чтобы все было красиво, Катя… – шумно втянул воздух через нос, продолжая таращиться на мои затвердевшие соски.
– Купил винишко, фрукты, свечи, какой-то модный сыр, скачал фильм с хорошим рейтингом. Но ты не оставила мне выбора. Наверно, тебе правда стоит меня опасаться, – прищурился, сминая пальцами мои ягодицы.
Господи!
Алик прижал меня к своей разгоряченной груди и, не давая опомниться, обвел клитор пальцами, скользя внутрь.
– Прости. Но я не знаю, как все это остановить… – С моих губ сорвался жалобный тихий стон, когда Измайлов ввел в меня еще один палец, шире раздвигая ноги коленом.
– Не сопротивляйся, все равно я никуда не уйду, да и… – он ухмыльнулся, размазывая влагу по складкам, – ты сама этого не хочешь, – нежно помассировал клитор, раздвигая складочки, и вновь ввел в меня палец. – Катюша… – безумно улыбнулся, продолжая терзать наэлектризованную горошинку подушечкой большого.
Зажмурилась, опустошенно закусив губу, лишь бы он не услышал, как мне приятно.
До одури. До умопомешательства приятно…
– Знаешь, о чем я мечтаю с того самого момента, как залез к тебе в трусики в библиотеке? – легонько ударил по клитору, сорвав с моих губ судорожный рваный вдох. – Да, милая, вот так. Не сдерживай себя, – наклонился, раскрывая мой рот языком, сплетая наши влажные языки…
Я застонала, не в силах больше сопротивляться.
– …Я так давно хотел узнать, какая ты на вкус, – слизал мой рваный вдох, опускаясь передо мной на колени.
