Когда несколько месяцев назад ее сестра родила дочь, мы все поехали поздравить Леру и посмотреть на малышку. Аня не отходила от крохи, очень здорово справляясь с ролью тетушки. Тогда я понял, что, несмотря на свою «катастрофичность», Аня станет прекрасной мамой. Годика через три.
Предложение я планировал сделать в ресторане. Даже столик заказал заранее, вознеся короткую молитву богу проказ, чтобы в намеченный день Аннушка никуда не вляпалась. Куда там…
Вышел на улицу, подставляя лицо теплому летнему ветру, выдохнул и… Зазвонил мой мобильный.
– Алло, – ответил я напряженно, предчувствуя очередную катастрофу.
– Захар, ты только не нервничай, – попросила Анечка.
Я посильнее сжал зубы, вздохнул и поинтересовался:
– В каком отделении?
– В родном, – выдохнула она. – Я очень случайно, правда. Там вообще не моя вина.
– Скоро буду, – выдавил я и отключился.
Насмешливо хмыкнув, сел за руль. До отделения доехал быстро, выскочил из машины и быстрым шагом вошел в помещение.
– Отпускай, – приказал дежурному, который понимающе хмыкнул в усы.
Все уже были в курсе, кто такая Аня, и кем она приходится мне и Серому.
– Может, пусть еще посидят? Так душевно поют, – попросил дежурный.
– Поют? Кто это – «они»?
– Она и две ее подружки. Влада и Яна. Мы там еще девок с дороги привезли, а они все так спелись дружно – любо слушать.
Зашибись! Сдерживая ругательства, потребовал открыть дверь, откуда действительно доносился нестройный хор женских голосов, душевно исполняющих «Ты не вейся, черный ворон».
У нас отдел полиции или филиал караоке?!
Охренев от репертуара, я завис на входе. Моя Анечка сидела на лавке между Яной и Владой, от души распевая куплеты. Красная краска с ее волос смылась очень давно, но любимым загогулинам Анечка не изменяла. Заметив меня, она осеклась, покраснела до кончиков ушей и отвела взгляд. Две ее подружки тоже замолчали и просительно уставились на меня.
– Очень добрый день, дамы! – оскалился я.
– Привет, – робко ответила Яна, – Сережа тут?
– Пока нет, но если хочешь, я прямо сейчас его сюда вызову.
– Не надо, – испугалась она.
– Что мне с вами делать? – переводя взгляд с одной на другую, поинтересовался я.
– Понять. И простить, – дружно ответили три катастрофишны.
Всадницы апокалипсиса, мать вашу. Сдружились на наши головы! И если по одной их еще хоть как-то можно было контролировать, то собираясь втроем, девочки добавляли нам немало седых волос и нехило уменьшали запас нервных клеток.
