Он только вяло копался в нем вилкой и время от времени одаривал меня задумчивым взглядом.
А потом и вовсе взял и свалил! Сказал, что у него планы и сбежал, оставив нас наедине с родителями. И поскольку главный объект для битья исчез, то все внимание безраздельно доставалось мне.
Допрос я выдержала. Разговор по душам, когда мужчины вышли «на перекур» тоже. По крайней мере Наташа осталась довольна. Кажется, я ей понравилась. Вроде бы. Наверное. Но это не точно.
Еще спустя час мы тоже распрощались и уехали.
– Ну как ты? – спрашивает Матвей, – жива?
– Нормально все, – жму плечами, – мне даже понравилось.
– Вот поэтому я и выбрал тебя на эту роль. Другая бы сбежала еще в самом начале, а ты стойкая. Еще и удовольствие умудрилась получить от этой встречи.
– Да хорошие они у вас. Напористые, конечно, но видно, что любят. И тебя, и Андрея.
– А что это ты его защищала? – подозрительно таращится на меня.
– А что вы все на него навалились? Ладно родители, но ты-то чего отрывался? Да еще и в моем присутствии.
Мне вообще-то с ним еще работать. Он мой начальник. Думаешь, нам будет удобно, после такого представления?
Мет досадливо крякает:
– Прости. Об этом не подумал. Меня просто от радости накрыло. Ведь на месте Андрюхи мог бы быть я, – его передергивает.
– Кажется, я продешевила с платой за услуги. Тут одних стейков мало.
– Не наглей, Верочка, – ухмыляется мерзавец, – ты еще получила работу своей мечты.
Работа – это хорошо. Мне все нравится. Только сердце начинает шуметь, когда думаю о том, что в понедельник снова столкнусь с Андреем.
После таких семейных посиделок, мне как-то неудобно теперь смотреть ему в глаза. Если бы не я, их бы с Метом обоих песочили, а так получается, что мы подставили бедолагу по полной программе.
Глава 8
Андрейка
Это просто какой-то невероятный всеобъемлющий пиздец. Такой, что волосы дыбом становятся. И не только на голове, но и на всей шерстяной части организма.
Верочка, мать ее. Умница, красавица. Что ж ты так влезла под кожу-то, а? Может мне кто-нибудь объяснить?
Меня чуть наизнанку не вывернуло во время этих распрекрасных семейных посиделок.
Такое чувство, будто все они сговорились и прицельно били в самое больное место. Что предки, что Матвей, говнюк мерзкий.
Я там даже если бы мог, то не отбился, потому что напротив сидела Вера, и у меня от каждого случайного взгляда прошибало от пупка и ниже.
Слушая, историю брата об их романтической поездке в горы, я медленно закипал, представляя этих двоих вместе.
