Чувствую себя замороженным куском дерьма от старого мамонта.
– Нормально, – получается криво. Через губу.
– По голосу не скажешь.
Выдыхаю, пригашивая раздражение:
– С парнями в баре сидели. Только приперся. Спать хочу.
– Спать? Время еще детское. Мы вот…
Если он сейчас начнет рассказывать об их совместных с Верой планах на вечер, я за себя не ручаюсь. Поэтому бестактно перебиваю:
– Ты чего хотел?
– Узнать, жив ли ты после маменькиных наездов.
– Живее всех живых, – криво улыбаюсь своему опухшему отражению в зеркале.
Красавец, епть…
– Мог бы так рано не сваливать. Она после твоего ухода на Веру переключилась.
– Ничего. Ей полезно. Пусть привыкает.
– Ты че какой злой?
– Вы меня сегодня затрахали.
– Даже так, – хмыкает он.
– И ты в том числе, – все-таки не сдерживаюсь.
– Мы ж не со зла. Семейные подколы и все такое.
– Знаю. Но так подставляться я больше не буду. И на семейные посиделки больше ты меня не заманишь.
– Точно злой.
– И за твоей беременной Верой я присматривать не собираюсь.
– Да не беременная она. Просто к слову пришлось.
– Неважно. Сейчас нет, а потом да, – морщусь, потому что от этой мысли больно, – если такой разговор еще раз всплывёт, я ее уволю нахрен.
– Эй! – возмущается Матвей, – ты чего разошелся? Чем тебе Вера не угодила?
Очень хочется проорать в трубку: Тем, что она с тобой! Что ты целуешь ее когда захочешь и держишь за руку. Я хочу оказаться на его месте, но признаться в этом – равносильно потере брата.
– Она – ничем. Просто не собираюсь быть мальчиком для битья на вашем празднике жизни.
– Расслабься, Андрюх. Ты же знаешь, мать пару месяцев в боевом настроении будет, а потом осень, нехватка солнца и витамина Д, и она успокоится. Первый раз что ли?
Не первый. Она каждый год нам такие встряски устраивает, и я всегда относился к этому по-философски. Но теперь появилась Верочка, и меня выкручивает на полную, нервы жгутами стягиваются и звенят на пределе прочности. Тронь – порвутся.
Я пока не знаю, как с этим бороться.
– Я все понимаю, Мет.
Сегодня, как ты просил, я принял мамин огонь на себя. На этом все. Лавочка прикрыта. Я не железный.
– Понял. Принял, – ухмыляется в трубку, – я просто не думал, что тебя так зацепит.
– Я тоже не думал.
– Ладно, хорошего вечера, ворчун.
– Иди в жопу.
Скидываю вызов. Набираю полную горсть воды и склонившись над раковиной мочу волосы. Потом умываюсь. Все равно тошно. А как подумаю, что в понедельник увижу Веру на работе, так вообще удавиться охота.
