Хуррит (СИ)

И колышки, колышки есть, — радостно вспомнил археолог.

— Машина твоя вроде не перевернулась, давай автоматы пока мне, а сам дуй к машине и неси веревку с колышками.

Саленко почти бегом отправился выполнять поручение.

— Андрий, полезай внутрь Хамви, там наверняка найдется что-нибудь полезное. Я пока обыщу оба трупа."

"Ада скривилась на мои слова, но мне было не до ее гримас. Нам нужны огонь и вода, нужна еда, нужно еще много чего. Каждая мелочь может пригодиться, в такой ситуации не до сантиментов.

В кармане Штика обнаружилась зажигался Зиппо, я вспомнил, как он раскуривал сигары на допросе. Были деньги — пачка гривен и две сотенные долларовые бумажки. Был даже книпсер — кусачка для ногтей. Вначале я ее откинул, но передумав, нашарил в траве и сунул в карман.

В кармане Петро обнаружилась связка ключей, пачка сигарет «Собрание» и газовая зажигалка.

Добыча Андрия была солиднее — две десятилитровые канистры, одна пустая, вторая — полная солярки. Портативный светодиодный фонарь, моток тонкой бечевки, пачка стяжек — такими у меня были стянуты руки.

— В самый конец не пробраться, сильно придавлено, — пожаловался украинец, демонстрируя свою добычу.

— А что это торчит?

Оглянувшись, Андрий ответил:

— Складная саперная лопатка, если вдруг машина застрянет.

— Берем, — украинец полез в проем, не задавая вопросов. Показался Саленко, навьюченный, как ишак. То, что он назвал веревкой, был тонкий альпинистский шнур, судя по размеру мотка, не меньше ста метров.

И двадцать полуметровых металлических колышек с шляпкой.

— Больше ничего полезного не было?

— Нет, — тяжело дыша, Саленко свалил все к моим ногам. Будь у меня возможность самому полазить во внутренностях обеих машин, уверен, нашлось бы много полезного. Но сделав это, я бы поставил себя в уязвимое положение, а рисковать, когда все против тебя, не больно хотелось.

Фонарь, стяжки, моток тонкой бечевки из Хамви и обе бутылки с водой вручил Аде:

— Ты наш Водолей, Ада!

— Я Дева, — чуть поспешно огрызнулась девушка, принимая поклажу.

— Это ненадолго, — пробормотал себе под нос, но девушка услышала. Ее лицо приобрело пунцово-красный оттенок, гармонируя с цветом волос.

— Извини, глупость ляпнул, — отвернулся, чтобы не видеть ее гневно-презрительного взгляда. Обе канистры и моток веревки повесил на Саленко, игнорируя его жалобные взгляды. Автоматы пришлось снова закинуть на плечо, такую ношу археолог не смог бы потянуть.