Я бы предпочла общую, чтобы отвлечься на разговоры и не изводить себя черными мыслями, но моего желания никто не спросил.
Через полчаса после моего водворения в палату появился Славка. Взял стул и уселся возле окна.
– Ты не хочешь поискать работу? – спросила я. – А заодно и жилье?
– Не хочу, – ответил он.
– Что так?
– Я тебя не понимаю, – помолчав, вздохнул он.
– У меня что, проблемы с речью на почве сотрясения мозга?
– Фенька, ты ведешь себя странно. Чего ты скрываешь? Ты видела кого-то в доме?
– Только труп.
И то в тумане. А что касается странностей, твое поведение тоже нормальным не назовешь.
– Ты помогла мне, теперь я пытаюсь помочь тебе.
– Чересчур стараешься.
Он собрался что-то ответить, но тут в палате возникли мои мама и папа, и Славке пришлось удалиться. Мама так на него взглянула, что дверь он закрыл с большой поспешностью. Я-то надеялась, что Агатка все уже рассказала родителям, но, судя по папиному поведению, он пребывал в неведении.
– Что случилось, дочка? – заботливо спросил он и сжал мою руку.
Мне захотелось провалиться сквозь землю вместе с кроватью.
– Кто этот тип? – кивнув на дверь, строго спросила мама.
– Сосед.
– Сосед? И чего он сидит здесь с видом побитой собаки? Ты тут, случайно, не благодаря ему оказалась?
– Августа, – нахмурился папа.
– Моя дочь лежит с сотрясением мозга, а ее сестра что-то мямлит про несчастный случай. Ты подцепила очередного прохвоста, и он распускает руки?
– Августа…
– Не смей врать матери и немедленно все выкладывай.
Я заревела от жалости к маме. Она еще не знает, что ей предстоит услышать, а я знала это очень хорошо. Желание провалиться сквозь землю только увеличилось.
– Я этого подлеца в тюрьме сгною, – топнула ногой мама и поспешила заключить меня в объятия. – Бедная моя девочка.
«Бедная девочка» собралась с силами и выдала свою историю. Мама побледнела, глаза ее приобрели страдальческое выражение. Папа сурово хмурился.
– Н-да, – только и смог произнести он.
– Это происки твоих врагов, – взвилась мама. – Все нарочно подстроено.
– Прекрати, – рявкнул папа, мама от неожиданности вздрогнула и вроде бы язык проглотила. – Озерова вчера нашли убитым, – сказал отец. – Ты об этом знала? – Я отрицательно покачала головой. Ложь молчаливая все равно ложь, но лгать так намного легче. – Если выяснится, что его убили в доме, а не в машине… – Папа вздохнул и закончил совершенно неожиданно: – Это чудо, что ты осталась жива.
